Hobby Talks

В этом выпуске мы рассказываем о японо-китайской войне - марионеточном Маньчжоу-го и применении химического оружия, милитаристах и коммунистах, дадаодуй и Сиро Исии, Курилах и Сахалине.

В после-шоу Аур отправляется на озеро спасаться от жары, а Домнин разводит динозавров в видео-игре Jurassic World Evolution 2. Так же обсуждаем серию игр по Дюне, Red Alert 3, The Wandering Village и несовместимость концепции work-life balance с требованиями к сотрудникам на современной работе.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Привет, друзья! Вы слушаете 612-й выпуск подкаста «Хобби Токс», и с вами его постоянные бессменные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин! Итак, от тем абстрактных и связанных с людьми мы переходим к темам не менее интересным. О чём же мы, Домнин, поговорим сегодня?

Сегодня мы поговорим о таком эпизоде Второй мировой войны, как Японо-китайская война, и роли со стороны, собственно, Китая и СССР.

Да. Потому что про Тихоокеанский театр мы уже говорили, в основном с точки зрения Японии. Надо поговорить про сухопутное. Потому что Китай до сих пор очень сердится на Японию за это. Так же, как и все. Это единственное, на чём сходятся Северная и Южная Кореи: в том, что японцы — сволочи.

Но перед тем, как мы перейдём к этому конфликту, напомним, что уже скоро, 30 июля, пройдёт моё выступление в Хидденбаре на тему истории огнестрельного оружия. Поговорим о том, почему кремнёвый замок долго не мог вытеснить фитильный. Из каких пистолетов стрелялись во времена Пушкина и Лермонтова. О том, почему у царя Алексея Михайловича была классная винтовка, но вот выдать винтовки по войскам почему-то он не догадывался, наверное.

Кроме шуток, я одну такую книжку знаю с попаданцами, где именно так всё и ставится вопрос.

Класс.

Итак, к Японо-китайской войне. В принципе, она официально считается с 1937 года по 1945-й, но Китай вообще склонен начинать даже с 1931 года, потому что, по сути, конфликт как таковой, вялотекущий, начался ещё тогда.

С чего вообще так вышло? Потому что сейчас трудно представить, что Япония может что-то там взять, напасть на Китай, что-то у него там оккупировать, отнять, какую-то резню устроить. Потому что нынешняя Япония тихенькая, без армии, её разведка вместо того, чтобы, как в Ghost in the Shell, там стреляться с имплантами, по пьяни не теряет секретные документы и вообще является посмешищем на весь мир. Население частью стареет, частью сделалось сыночками-зайчиками. Никаких агрессивных действий Япония даже желания произвести не может. А Китай, наоборот, находится на пике своей мощи за всю историю.

Но так было не всегда. И полтора века назад эти страны, хотя и до этого во многом схожие, пошли сильно разными путями. Потому что в 60-х годах XIX века Япония совершила крутой поворот в сторону модернизации и индустриализации, перехода от феодализма к капитализму в ходе так называемой революции Мэйдзи. А Китай, несмотря на все попытки цинского правительства производить нечто подобное в рамках политики самоусиления, например, создать промышленные предприятия для производства огнестрельного оружия и артиллерии, заказать всякие паровые суда в Европе, как и японцы свои первые… К ним, вы знаете, попадали самые странные выкидыши тогдашней конструкторской мысли. Например, им передали единственный в своём роде плавучий таран.

Плавучий таран?

То есть такой кораблик, у которого основной смысл был в том, что он разгонялся и бился таким бивнем в борт противника. Другого вооружения он там особо не имел.

Класс.

Своим создателям на Западе не пригодилось, вот они его японцам и спихнули.

И уже в конце XIX века произошёл конфликт в 1894–1895 годах, в ходе которого Японская империя установила свой контроль над Кореей, теоретически находившейся в вассальной зависимости от Китая и оккупированной цинскими войсками, в котором Китай был сильно бит. Потому что войска Китая на тот момент представляли собой жалкое зрелище. Цинские правители считали, что создавать армию — это означает… Армию из кого создавать? Из этнических ханьцев, китайцев, местных? А они из маньчжуров, на которых они до этого полагались, на восьмизнамённую армию своей национальности. А ханьцы, после того как они получат в миллионном масштабе оружие, нас просто свергнут. Что, кстати, примерно так в итоге и вышло.

Но как-то обороняться было надо. Поэтому был создан ряд армий, которые де-факто превратились в такие личные армии местных губернаторов, которые вообще воспринимали их как орудие собственной политической и экономической власти. И, например, южные генералы, когда их позвали на эту войну с Японией, сказали: мы не пойдём, пусть северные воюют. Нам что с этой Кореи? Если бы они к нам сюда приехали, у нас Гуандун отнимать, тогда да, а так нет, не поедем. И не поехали.

Так что Корею Китай утратил, она перешла под японскую оккупацию, что вызвало там достаточно резкий рост продолжительности жизни. Это не потому, что японцы такие добрые были и так хотели облагодетельствовать корейский народ. До этого всё было просто ужасно. На уровне какого-то совсем тёмного Средневековья.

Кошмар.

Помимо Кореи пришлось также отдавать Тайвань, который японцы срочно переименовали в Формозу. И на нём стали делать ставку на местное автохтонное население, австронезийское, вооружая их потом ещё против американцев. Так что в итоге сейчас эти коренные тайваньскими властями, гоминьдановскими, считаются не очень любимыми, и про них стараются не вспоминать.

Да, их там, на самом деле, по-моему, этнических процента два осталось, наверное. А остальные, понятное дело, этнические ханьцы.

Тогда их было больше процентно, просто потому, что население на Тайване было гораздо меньше. Это после разгрома в гражданской войне Чан Кайши убежал вместе с тайской издой и содружиной. И сильно там прибавил народу.

Для империи Цин эта война была ещё одним толчком к пропасти, потому что в 1912-м произошла Синьхайская революция, каковая начиналась как серия выступлений и мятежей на улицах самых разных городов. Многие думают, что Синьхай — это город какой-то, где всё началось. На самом деле Синьхай означает «Металлическая свинья».

Класс. Это год.

Год был Металлической свиньи по местному гороскопу. Я им пользуюсь, когда мне нужно от гороскопщиков западного толка отбиться, чтобы они не приставали со своим бредом и увидели, что у меня ещё больше есть.

Да. Революция эта, как я уже сказал, вспыхнула на самом деле много где. Самым важным считается восстание в Учане. И к нему примкнули в том числе новосозданные по европейскому образцу военные, которые были недовольны тем, что династия Цин довела страну до позора и поражения уже от всех, кого только можно. В примерно тот же период произошла иностранная интервенция в связи с подавлением восстания ихэтуаней, оно же боксёрское, после которого на Китай была наложена тяжкая контрибуция.

Было понятно, что такое правительство нам не нужно, тем более что оно чужеземное, оккупационное, мракобесное и так далее. Так что восставшие достаточно быстро свергли последнего императора. И этот самый император Пу И Айсиньгёро тогда ещё был маленький и, соответственно, даже почти не успел толком поправить.

Много шуток про него, помню, было в школе на уроках истории.

Да. Про его имя смехотворное. Чтобы не ломать язык о его смехотворное имя, его учитель-шотландец назвал его просто Генри. Поэтому он сам себя называл Генри, чтобы не морочить голову людям.

В итоге в стране, по идее, должна была становиться Китайская республика, которая формально существует сейчас на Тайване. Но на самом деле эта республика представляла собой абсолютно лоскутное одеяло, поскольку власть на местах вся была захвачена местными милитаристами, то есть теми же самыми генералами, которые в этой республике начали играть первостепенную роль. Один из них, Юань Шикай, даже собирался объявить себя императором. И даже объявил, но это вызвало такое недовольство, что ему пришлось резко сдать назад, а вскоре он просто помер. От естественных причин.

Теоретически главой республики был доктор Сунь Ятсен, один из зачинщиков революции. Но его довольно быстро вынудили эмигрировать всевозможные военные противники. Он в 1925 году помер — то ли почки отказали, то ли ещё что-то такое. В результате началась в стране так называемая эра милитаристов, формально продолжавшаяся до 1928 года, когда всю страну попилили разнообразные клики генералов, ориентировавшиеся кто на что. То есть, например, восточное побережье страны контролировала так называемая чжилийская клика. В Маньчжурии пришёл к власти генерал Чжан Цзолинь, ориентировавшийся на Японию. Одни там смотрели на Англию, другие ещё на кого-то, вот на Японию. Все они свои войска использовали, по сути, как оккупационные и за счёт этого собирали налоги себе в карман, занимались самообогащением, ничего общего друг с другом и с Китаем особо не имели.

Формальная столица при этом находилась в Гуанчжоу, то есть в Кантоне, на юге, рядом с Гонконгом. И привело это всё к тому, что те, кто хотел объединения страны, централизации вокруг, во-первых, националистической партии Гоминьдан, которая объединилась в первый объединённый фронт с компартией… Совместно они, создав Национальную революционную армию, двинулись в Северный поход 1926–1928 годов, в ходе которого страну удалось как бы объединить. Они пошли на Шанхай и Пекин, в ту сторону, с юга.

Несмотря на то, что у милитаристов в целом было больше сил, чем у них, они были разобщены. Поэтому многие из них, струсив, объявили о верности правительству Гоминьдана. Столица была перенесена в Нанкин. Главой государства сделался генерал Чан Кайши. С коммунистами он очень быстро расправился, потому что они перестали быть ему нужны и, наоборот, стали вредны. В 1927 году устроил их резню по всем крупным центрам, в частности в Шанхае, руками бандитов всяких местных.

Класс.

Да, и Мао Цзэдуну пришлось вместе со своими тоже пройти Северный поход, только ещё севернее, убежав в горы рядом с монгольской границей. И теоретически Китай как бы объединился. На самом деле объединение под руководством Чан Кайши очень быстро начало расползаться по тем же самым причинам. То есть, скажем, в районе гор к западу, где живут местные мусульмане, дунгане, власть фактически представляла собой так называемая клика северо-западных Ма. Дело в том, что Ма — это характерная мусульманская фамилия для Китая. И там просто было очень много военных по фамилии Ма. Ма Хункуй, Ма Буфан и Ма Буцин — двоюродные братья. То есть там половина из них никакие не родственники, это просто фамилия распространённая.

Синьцзян-Уйгурский автономный округ, где сейчас, был под руководством Шэн Шицая, а вообще ориентировался больше на Советский Союз, который вот он рядом, с которым велась выгодная торговля. Пекин этот, Нанкин — это всё бог знает где. В Юньнани тоже руководили местные генералы, слабо ориентировавшиеся на центр. Они были ближе к западным державам. Через Юньнань потом пойдёт как раз по Бирманской дороге снабжение китайцев европейцами против Японии. Так что они из этой помощи там щедро откусывали.

Единство было такое. Страна по-прежнему оставалась слабой и раздробленной, поэтому, глядя на всё это, японские милитаристы продолжали вынашивать кавайные планы. Например, первую попытку они совершили ещё в Первую мировую войну, вскоре после Синьхайской революции. Во-первых, в эту самую войну они впилились самочинно, можно сказать, их никто не приглашал. Они объявили, что у них есть с Британией пакт взаимопомощи, хотя Британия говорила, что не нужна им никакая взаимопомощь, сами разберутся. Японцев это не интересовало.

Они впёрлись на стороне Антанты для того, чтобы отобрать у немцев часть их территории. Во-первых, на островах Тихого океана, которые при Бисмарке они купили — что-то у испанцев, которые уже не могли контролировать территории, что-то ещё у кого-то, что-то так колонизировали. Например, Палау современное. Соломоновы острова, по-моему, ещё там чего-то. Во-вторых, германскую концессию в Китае. Потому что в провинции Шаньдун, там как раз пиво вкусное варят, в Циндао, вот это немцы пивоварню завели.

То есть это не изначально китайская вся история?

Нет. Пиво какое-то было у них и раньше. Потому что конкретно это пиво…

Хорошее пиво у них не немецкое, понятно, изначально.

У них много хорошего пива сейчас. Китайцы этнические, например, в Таиланде хорошее пиво варят. Все эти лагеры, тоже иногда пьём.

Китай, между прочим, тоже впилился в войну. И после этого говорил: ну что, мы воевали, отдавайте нам наши бывшие немецкие концессии. Япония сказала: не отдадим, они теперь наши. Ну и всё. И ничего.

Хуже того, в ходе войны Япония выдвинула против Китая двадцать одно требование, где фактически сильно ограничивался суверенитет Китая. Все права на гавани, порты должны были в первую очередь передаваться Японии, если Китай имел желание их в аренду сдать, например, Гонконг или Макао. И требовалось, чтобы Япония фактически в Китае имела экстерриториальный статус. Так же, как, например, в Шанхае было европейское поселение, которое тоже было экстерриториальным, Китаю не подчинялось.

Тогда за Китай вступились другие державы. Не потому, что они его любили, а просто не хотели слишком сильного усиления Японии. В любом случае война закончилась, и в 20-е годы Японии стало понятно, что их собственных ресурсов катастрофически не хватает на проведение великодержавной политики, которая просто захватила японское руководство. Были приняты всевозможные идеологии сферы сопроцветания, то есть того, что все народы в Азии должны сопроцветать под мудрым японским руководством. Лозунги «Азия для азиатов». И немцам в Китае сказали: «Эй, немец, убирайся в свою Германию». Так же надо сказать французам в Индокитае, англичанам в Малайе и Гонконге, голландцам в Индонезии, американцам на Филиппинах — и вообще, едьте все отсюда. И северный Сахалин, кстати, тоже отдавайте нам.

Соответственно, чтобы как-то провести пробу сил, в 1931 году был учинён так называемый Мукденский инцидент. Считается, что в районе современного Шэньяна, тогда Мукдена, был произведён взрыв на железной дороге, которая была в аренде у японцев. И как бы предполагалось, что это подлые китайцы всё там сделали. На самом деле китайцы ничего этого не делали, это была провокация, которая была подготовлена японскими офицерами, совершившими эту диверсию сами против себя.

После этого началась японская агрессия, которая быстро перетекла во вторжение Квантунской армии, до этого базировавшейся в Корее, в Маньчжурию, то есть в северо-восточный регион Китая на самой границе с нами.

Да. С нами и с Монголией на западе.

Достаточно быстро им удалось опрокинуть войска Чжан Цзолиня и даже вынудить его… То есть не Чжан Цзолиня. Чжан Цзолинь в то время уже был японцами убит, тоже подорван в поезде. И его сына, Чжан Сюэляна. Вы поняли, там уже всё по наследству начали передавать. И, соответственно, Китай, не имея возможности обороняться, обратился к Лиге Наций.

К Лиге Наций было примерно так же полезно обращаться, как к Лиге сексуальных реформ, упомянутой в трудах Ильфа и Петрова, туда Остап Бендер, помнишь, посылал?

Да.

Потому что Лига Наций послала какую-то там комиссию и должна была проверить то, что японцы, как они объясняют, вовсе не производят никакую агрессию против Китая, даже и в мыслях такого не имели, а вместо этого восстанавливают государство Маньчжурия, по-китайски Маньчжоу-го. То есть фактически изначальную империю Цин, которая была до того, как вторглась в минский Китай и оккупировала его, установив державу Цин. И для того, чтобы придать этому законный вид и толк, они извлекли этого самого императора Пу И и посадили его там марионеткой на трон.

Неплохо.

Изначально он назывался глава государства, верховный правитель. Потом был объявлен императором Канде, то есть «спокойствие и добродетель». К названию страны прибавили Маньчжоу-диго, то есть Великая Маньчжурская держава, Маньчжурская империя как бы. Эту самую Маньчжоу-го японцы стали использовать для организации добычи угля. Она богата углём всяким, кое-какими ещё полезными ископаемыми. Железа там полно, например. Леса. Короче, много чего там хорошенького было и есть.

Но, по сути, это была абсолютная марионетка. И комиссия Лиги Наций постановила, что это, по сути, просто создание для вида марионеточного режима. У всякого маньчжурского чиновника был свой дублёр из числа Квантунской армии японской. То есть первый царствует, второй правит. И Лига Наций объявила, что Япония должна это прекратить, а иначе будет исключена из Лиги Наций. Япония сказала: ну и пошли в жопу со своей Лигой Наций, мы сами уйдём сейчас. Исключат они, нашлись.

И таким вот образом от Китая откусили здоровенный кусок. Чжан Сюэляну пришлось убегать. Он был одним из первых китайских генералов, кто понял, что если так будет продолжаться, то всех нас японцы убьют, походу. И это привело в итоге к очень правильному, героическому поступку с его стороны, за который он, правда, горько поплатился. Но да ладно.

Таким образом Япония как будто приобрела очень серьёзную, так сказать, на континенте базу. Это очень важно, потому что она выходила на оперативный простор, заимев, как я сказал, сразу большую сухопутную границу с Советским Союзом, с Монголией — тоже интересная страна. Не совсем с Монголией в большом понимании, то есть с Внутренней Монголией, которая китайская, и с Внешней Монголией, которая Монгольская Народная Республика, и с Китаем для дальнейшего развития успехов в его отношении.

Было после этого ещё несколько инцидентов. То есть на границе постоянно что-то происходило, японцы объявляли, что тут подлые китайцы чего-то замышляют, и навязывали то, где-то они немножко продвигались, перенося границу. Таким образом они, например, захватили провинцию Жэхэ, чтобы создать ещё одну какую-то буферную зону, на этот раз уже между Маньчжоу-го и подчиняющимся китайскому правительству остатком страны. Где-то им удавалось добиться всяких там отводов китайских сил со своей же территории, после чего де-факто происходила их ползучая оккупация, хотя и неофициально.

В отношении ряда китайских милитаристов были заключены всякие тайные соглашения. Кто-то был подкуплен, кто-то не сам куплен, а куплено его окружение и всячески свистело ему в уши про то, что с Японией надо дружить и слушаться их. Японцы это называли политикой специализации Северного Китая. Или вариантом автономизации Северного Китая. Автономизации, понятно зачем. Чтобы отобрать всё это в итоге.

И почему же Китай так себя плохо показал? Потому что китайское правительство Чан Кайши на тот момент считало, что прежде всего нужно покончить с внутренней смутой, с коммунистами, например. А потом вот уже мы тогда станем сильными и боеспособными и японцев выгоним. Многие, включая упомянутого Чжан Сюэляна, понимали, что ничего этого не будет. Всех просто поодиночке перебьют: и коммунистов, и антикоммунистов, и всех, кого хочешь. И будет Великая Япония, а Китай исчезнет.

Многие стали думать о том, как бы заставить Чан Кайши с этой политикой завязывать и с коммунистами установить не то что мир, а даже союз, пусть и ситуативный.

Отвлечёмся немножко от Китая, поговорим про Советский Союз. У нас с японцами проблемы были давнишние, с 1904–1905 года ещё, когда была Русско-японская война, в которую мы всячески влезали всеми силами, провоцируя японцев. Например, мы объявили, что японское правительство будет общаться с Петербургом не напрямую, через Министерство иностранных дел, а через генерал-губернатора на Дальнем Востоке. То есть, например, если президенту Путину Трамп вдруг заявил бы, что лично с ним уже связываться не будет, а вместо этого надо губернатору штата Аляска писать, вот тогда с ним и общаться. Понятно, что никто на такое не пойдёт.

Нам была нужна маленькая победоносная война, но как она закончилась, все знают. Тем, что про генерала Куропаткина, возглавлявшего теоретически наши силы там, в итоге насочиняли частушек в стиле: «Куропаткин генерал все иконы собирал и приехал на Байкал, будто церковь обокрал». Мы были вынуждены уступить наш контроль над Маньчжурией и вообще северо-востоком Китая. Харбин-то это мы построили, между прочим. И отдать им половину Южного Сахалина, где нефть. За что Сергея Витте в Питере обозвали графом Полусахалинским.

До самой революции это всё затихло, потому что мы даже были союзниками в Первой мировой. У нас даже заметная часть армии в 1915 году была вооружена винтовками Арисака. И именно под патрон винтовки Арисака, между прочим, у нас был разработан знаменитый автомат Фёдорова. Ну, потому что он маленький, японцы тоже невелики. Поэтому так, маломощный.

И в революцию японцы решили, что настал их звёздный час. Они произвели интервенцию у нас на Дальнем Востоке. Четыре года их войска присутствовали у нас на Дальнем Востоке. Потому что союзники-антантовцы вообще устроили нам крупную интервенцию. В Архангельске англичане высадились, устроили на острове Мудьюг концлагерь, где гноили русских, которые им казались подозрительными. Французы и почему-то греки что-то забыли в Крыму. Чего грекам там делать, я уж не знаю. Хотели воссоздать, видимо, Византийскую империю. Колонии, может, какие греческие вспомнили, что у них там были.

А с востока в Сибирь к нам приперлись американцы и японцы. Японцы в 1918 году, в январе, во Владивостоке высадились и объявили, что будут защищать интересы проживающих там японских подданных и ловить большевиков. По сути, было объявлено, что Владивосток и округа будут оккупированы Японией. Но тут же они столкнулись лбами с американцами, которые сами хотели оккупировать Дальний Восток. И в итоге нам их удалось к концу Гражданской войны оттуда выжить. Для этого пришлось даже объявить о создании Дальневосточной Республики, или ДВР, как буферного государства. Потому что предполагалось, что с большевиками японцы вести переговоры отказывались, чтобы им не приходилось терять лицо, для них специально была выдумана эта самая ДВР.

В итоге они оттуда ушли. По ряду причин. Во-первых, потому что американцы на них нажимали, не желая их усиления. Во-вторых, у них самих там нарастали всякие проблемы с потерями, в основном санитарными, потому что оказалось, что в Сибири и на Дальнем Востоке климат несколько не похож на японский. И вообще там всё какое-то страшное и непонятное.

Но не надо думать, что японцы окончательно отказались от планов в наш адрес, потому что, например, в 20-е годы они вели себя на нашей территории и в прилежащих водах как хозяева. Например, сколько было крабов добыто японцами незаконно в наших водах за первую половину двадцатых? 1923 год — 35 тысяч ящиков. 1924 год — 47 тысяч ящиков. 1925 год — 88 тысяч ящиков. 1926 год — 230 тысяч ящиков.

Потеряли всякий страх, я смотрю.

Да, это я тебе ещё сейчас скажу. 1930 год, июнь. Погранцы на сторожевом корабле «Воровский» подходят к устью реки Сопочная, обнаружив там браконьеров, чтобы их прогнать. И в советских водах немедленно появляется эсминец типа «Хакодате» и не позволяет их преследовать. Тот же 1930 год. Около села Усть-Большерецкая появляются два эсминца типа «Хакодате», бросают якоря и стоят, как у себя дома. За сезон к нашим берегам от японцев выходило полторы тысячи браконьерских судов, которые были прикрыты двумя дивизионами эсминцев и десятком вооружённых артиллерией шхун.

То есть, вы поняли, они просто пользовались тем, что им никто не мог помешать тогда. И всячески нас ограбляли.

В итоге всё это привело к тому, что к 1938 году Квантунская армия решила, что граница Советского Союза с Маньчжурией им не нравится. Дело в том, что когда начинают говорить, что вот китайцы называют Владивосток по-своему, и то по-своему, потому что это как бы их раньше были земли, и они их и называли по-своему, что теперь им надо забыть про это, из памяти стереть, как они называли… Действительно, когда-то это были земли не совсем китайские, они были маньчжурские именно. И мы их получили именно не как китайские, а как личное владение маньчжурского правящего дома Цин, Айсиньгёро. Поэтому мы и говорим сейчас, что это не китайское, это нам маньчжуры отдали, вот к ним все вопросы предъявляйте. Мы не знаем, чего у вас.

Соответственно, японцы считали, что у Маньчжоу-го они справедливо отняли Владивосток и надо бы несправедливость-то исправить. Таким образом, например, в июле 1934 года было шесть инцидентов на границе, в августе того же 1934 года — двадцать инцидентов, а в сентябре — сорок семь инцидентов. Как на суше, так и на море, и в воздушном пространстве.

Ситуация за 1936–1937 годы всё более накалялась. Был, например, у нас на реке Амур потоплен катер погранцов. И всё это кончилось в итоге тем, что в 1938 году произошли уже открытые бои. Всё осложнялось ещё и провалами по разведывательной части. Дело в том, что к ним бежал глава чекистов на Дальнем Востоке Люшков. И много чего им выложил всякого. В том числе, например, про то, насколько плохо всё организовано у командующего Отдельной Краснознамённой Дальневосточной армией Блюхера, тот самый, который Крым брал у Врангеля, совершенно спился, опустился и вообще распустил дела. Это всё он японцам рассказывал. То есть это не сталинские какие-то палачи его заставили, это он в документах у японцев так всё им рассказывал.

Так что, несмотря на то, что Блюхер всем рассказывал, что граница на замке, армия на чеку, личный состав ОКДВА осознаёт меру ответственности, колхозное крестьянство воодушевлено, партийное руководство на высоте и все, естественно, преданы товарищу Сталину, и его войска могут задавить таким ударом, от которого затрещат кое-где и рухнут устои капитализма, тем не менее в 1938 году у озера Хасан как бы затрещали не устои капитализма, а репутация маршала Блюхера. Потому что японцы, подтянув войска, просто нарушили границу, я имею в виду масштабно, то есть не где-то там в одном месте, а как бы прямо силами дивизий, заняли ряд сопок, сосредоточили в устье реки Туманной пятнадцать боевых кораблей во главе с крейсером и стали просто поднимать флаги на высотах, с которых их потом было просто невозможно спихнуть.

С трудом и кучей потерь, применением авиации, кстати, таким малоудачным, как выяснилось, потому что оказалось, что у нас и самолёты, и лётчики были хуже подготовлены, чем у японцев. И из-за потерь всяких, связанных с плохой организацией, санитарных потерь, для такого небольшого столкновения они получились очень большими. Считалось, что потеряно 960 погибшими и пропавшими без вести и почти 3500 ранеными и больными.

В общем, получалось, что хотя японцев тогда и отбили, но совершенно не так, как должны были. Поэтому Блюхер был очень быстро снят, арестован. Ему было поставлено на вид, что солдаты не имеют даже землянок, что медицинское обслуживание было не налажено, что никакой подготовки, например, в строительстве автомобильных дорог для манёвров вдоль границы с Маньчжоу-го не проводилось. Доходило до того, что некоторые солдаты не умели бросать гранаты. Им не объяснили, как это делается.

Класс.

Короче, Блюхера арестовали, стали допрашивать, и что-то перестарались — он возьми и помри в процессе. Вместо него назначили генерала Апанасенко, потом, кстати, погибшего. Он там более-менее наладил дела.

Поняв, что на Дальнем Востоке у нас всё относительно крепко, японцы решили обратить внимание на Монгольскую Народную Республику под чутким руководством товарища Хорлогийна Чойбалсана, маршала монгольской армии. Де-факто Монгольская Народная Республика была сателлитом СССР, и вообще были даже идеи о том, чтобы её как бы инкорпорировать. Точно так же, как мы до этого инкорпорировали Туву. Так-то Тува вообще считалась как бы государством отдельным. Вообще она китайская изначально была. Тогда они объявили, что они сами по себе, мы их, чтобы не отбирать ничего у Китая напрямую, сказали: ну, значит, сами по себе, будем с вами дружить. А потом мы их немножко инкорпорировали.

Надо сказать, что до 1944 года Тува вообще была отдельным государством, только потом оно сделалось одним из субъектов федерации.

Соответственно, Монгольскую Народную Республику мы тоже подумывали так, но потом, когда Китай уже сложился после Гражданской войны, было решено, что это нам даст, по сути, удвоение общей границы с Китаем. Ни нам это не надо, ни им это не надо. Ничего такого ценного в Монголии нет, поэтому её оставили в покое. И поэтому хорошо сделали, и сейчас она тоже там.

Так вот, Япония стала подумывать, нельзя ли напасть, если не на СССР напрямую, то двинуться на Монголию, которая такая, знаете, непрекаянная сидит. И, представляешь, там у них граница с этим Маньчжоу-го, и она тоже как-то криво проложена, совершенно не так, как надо.

Кто бы мог подумать?

Так что японцы стали по той же самой схеме производить постоянные инциденты на границе в 1936–1937 годах. И в итоге всё это дошло до того, что они заявили, что эта самая река Халхин-Гол, или, как они её называли, Номонхан, вообще говоря, должна быть полностью маньчжурской, а граница должна проходить с западной, с монгольской стороны, где гора Баин-Цаган. И эту самую гору они немедленно заняли как единственную в ровной степи высоту и готовились там хорошенько посидеть.

Из-за того, что это всё было очень далеко, а японцам-то ближе, у нас получилось, хотя и достаточно быстро дойти дотуда в целом, но, к сожалению, очень неравномерно. То есть мы подтащили танки и броневики, а вот с пехотой получалось там не очень, не столько, сколько надо. Из-за этого Жукову, который, между прочим, командовал в том числе, как он писал, было очевидно, что, когда бронетехника пойдёт в атаку без прикрытия пехоты, потери будут большие. Но было понятно, что если ждать пехоту, то японцы нагонят столько сил на Баин-Цаган и окрестности, что, чтобы их оттуда вышибить, придётся ещё большие потери нести, и получится бессмыслица.

Высокие потери у нас были в том числе с авиацией. Вроде как считается, что мы потеряли 249 самолётов, а японцы — 88 сбитыми и 74 потом списанными из-за тяжёлых повреждений, не подлежащих восстановлению. Причём поначалу вообще счёт был чуть ли не баскетбольный в пользу японцев из-за того, что они задействовали своих знаменитых лётчиков-асов на истребителях «Зеро». А мы не сразу смогли подтянуть своих асов, собрав их с Испанской войны, где они поднаторели в истреблении франкистов.

Вот тогда-то счёт у нас как раз выправился.

Сравнялся. Счёт был равный.

В общем, ценой этих потерь нам удалось их оттуда выпихнуть. И японский посол объявил, что давайте замиряться. Так что было подписано трёхстороннее соглашение в 1939-м о том, что СССР, Монгольская Народная Республика, Япония и Маньчжоу-го будут жить дружно.

На японцев большое впечатление произвели наши танки типа БТ, каковые БТ мы потом оставили в основном на Дальнем Востоке, чтобы устрашать их и дальше. А также применение огнемётных танков. У нас были химические танки, мы их использовали фактически как огнемётные.

Я читал воспоминания японских военных. Они просто произвели на них впечатление огромных боевых человекоподобных роботов. Наезжают на них, пышут огнём во все стороны.

Так что в Токио было объявлено, что не надо нам биться с Советским Союзом и Монголией, они какие-то большие и страшные. Лучше давайте сосредоточимся на чём-то другом. Во-первых, на продолжении войны с Китаем и покорении этой страны. А во-вторых, к вопросу об Азии для азиатов и захвате богатых нефтью, каучуком и разным всяким хорошим продовольствием земель в Юго-Восточной Азии, на Филиппинах и в Тихом океане. Но про это мы уже говорили, давайте сосредоточимся именно на Китае.

Предполагалось, что план был составлен такой: необходимо разгромить гоминьдановское правительство и рассадить по территории бывшего Китая разнообразные марионеточные правительства, приблизительно совпадающие с территориями ранее действовавших клик, чтобы они сами поддерживали порядок и не отвлекали Японию. Потому что вы представляете себе, что такое оккупировать Китай. Он, во-первых, большой, во-вторых, оккупация зависит от населения. То есть там надо иметь одного солдата на сколько-то сотен мирных жителей. Это, знаете, всей Японии не хватит их оккупировать.

Соответственно, необходимо было, во-первых, нанести удар по Нанкину и тамошнему центральному правительству, а во-вторых, по юго-западу Китая, чтобы помешать западным державам снабжать его всяким разным через эти места.

В самом Китае предполагалось, что нужно бороться, во-первых, друг с другом, то есть китайцы и националисты, во-вторых, обороняться от японской агрессии. Всё это складывалось постепенно в сторону того, что многие считали нужным замиряться друг с другом, потому что в 1937 году Чан Кайши в городе Сиань был арестован тем самым Чжан Сюэляном, которые заставили его… Он бежал там из гостиницы, в которой пребывал, и даже свои зубы забыл, и прятался где-то за камнем.

Безобразие.

Его заставили с Мао Цзэдуном замириться. Волею-неволею создать с ними такой объединённый фронт. Фронт этот на самом деле кое-как только до 1940 года и досуществовал, потому что дальше они опять начали друг с другом бороться, и доверие у них друг к другу совершенно пропало. Друг друга обвиняли в том, что чанкайшисты ничего не воюют, или в том, что коммунисты без разрешения увеличивают свои войска. С трудом удалось их замирить. Причём замиряли их мы, внезапно.

Да, нам в 1940 году было категорически невыгодно, чтобы они разругались, вот мы отправили к ним Георгия Димитрова, того самого, которого немцы пытались судить за поджог рейхстага и который их совершенно там умыл, и который потом Болгарией руководил.

После войны уже, да.

В общем, получался очень вялый и слабый этот объединённый фронт, но это было лучше, чем ничего.

При этом позиция других стран тоже была весомой. Во-первых, разумеется, мы, Советский Союз. Нам, с одной стороны, было совершенно нежелательно ввязываться в серьёзный конфликт с Японией. Просто потому, что к 1939–1940 было совершенно ясно, что война с Германией, судя по всему, неизбежна. Воевать сразу и на два фронта, как вы понимаете, никому не выгодно. Так что нам было нужно с Японией поддерживать мир.

С другой стороны, нам было выгодно поддерживать Китай, неважно какой, в как можно большем порядке и организации. Мы снабжали их в ходе операции Z всякими самолётами и прочей техникой и вооружением, чтобы Япония занималась Китаем, завязла там и не покушалась на нас, и мы могли бы большую часть войск с Дальнего Востока снять и отправить их на запад, что в итоге так и случилось во время обороны Москвы от гитлеровцев.

Это порождало всякие сложности, в том числе в общении с Китаем, потому что китайцы постоянно говорили: почему вы нас не поддерживаете открыто? Нам приходилось всячески говорить, что у нас и без вас проблем полно.

Ещё один фактор был в том, что Монгольскую Народную Республику тоже нельзя было задействовать ни в каких конфликтах. Потому что её участие, например, в войне против Германии могло бы как раз спровоцировать Японию на то, что ага, вот наших союзников атакуете совсем рядом с нами на границе, значит, мы враги. Так что Монгольская Народная Республика всю войну нас поддерживала материально: мясо, молоко, шерсть, кожи, валенки всякие. Они нам очень здорово помогли, учитывая, что нищая и малолюдная Монголия не экономическая сверхдержава.

Это правда, да. Но они нам здорово помогли.

У самих японцев были смешанные настроения, потому что сухопутные генералы продолжали твердить, что СССР — наш главный враг. Но, во-первых, их репутацию подорвали поражения при Хасане и на Халхин-Голе. Извините, Халхин-Гол, я уже сам стал не так говорить, начитался их. С другой стороны, им противодействовало флотское командование, которое они ненавидели и постоянно грызлись за ресурсы. Доходило до того, что флот и армия разные себе заказывали самолёты и чуть ли не пистолеты, чтобы это чисто для них было. Которые им говорили, что они уже ходили, по рогам получили, нам нельзя тратить деньги на Советский Союз, у которого нет ни хрена, кроме снега. Вместо этого нам нужны нефть и каучук из Ост-Индии и Индокитая, для чего нам необходимо сориентироваться на войне с Британией и США в этом регионе, а вы только зря разбазариваете средства, не бесконечные у нас.

Так что Японии, в принципе, тоже было достаточно выгодно поддерживать с нами мир, не отвлекаясь ни с китайского фронта, ни с Тихоокеанского театра военных действий, когда стало понятно, что после ультиматума американцев о прекращении всякой войны в Китае, выводе войск оттуда, а иначе перестанем вам поставлять нефть, металл и металлолом… Да, Япония закупала металлолом, потому что настолько всё было плохо с железом. И, собственно, с тех пор ничего не поменялось, забегая вперёд, скажем.

Таким образом, мы как бы с ними напрямую-то и не бились. Несмотря на то, что Гитлер, когда США объявили Японии войну после нападения на Пёрл-Харбор в 1941-м… Гитлер объявил: ах вот вы как, тогда Германия объявляет войну США. Притом, что этого от него никто не просил, начнём с этого. И вообще это ему только навредило. Потому что, как мы знаем, американцы потом как высадились в Италии, принудили к миру итальянцев, а потом в Нормандии — ничего хорошего из этого не получилось. А Гитлер, видимо, считал, что японцы такие: вау, классный какой этот Гитлер, за нас вписался против американцев, давайте скорее впишемся за него против Советского Союза. Но Япония ничего подобного, конечно, не сделала. И Гитлер в итоге только сам себе всё испортил, никакой пользы не получил.

Сами США опасались Японии ещё с 20-х годов. И, несмотря на то, что до удара по Пёрл-Харбору они придерживались изоляционистской политики, в Китай направлялись всякие там полезные вещи и даже добровольцы, во многом китайского происхождения. А британцы в 30-е теоретически находились с Японией вообще в союзе. Но после того, как стало понятно, что Япония нацелена на Юго-Восточную Азию, то есть совершенно точно на британские Сингапур, Малайю и Гонконг, стало понятно, что надо поддерживать Китай через Бирманскую дорогу.

Всё это привело к тому, что Китай на начало войны, имевший где-то два миллиона человек в армии одной только гоминьдановской, при этом имел крайне пёстрое и разнообразное вооружение и технику. То есть, например, парк самолётов, что-то, говорят, около 300–500, там непонятно, сколько их было и сколько из них было реально летающими, состоял из зоопарка всяких устаревших советских, французских, английских, ещё там бог знает каких самолётов. Всё это плохо, потому что запчасти им всем нужны разные и так далее.

Танковый парк состоял что-то там из семидесяти. Тут, правда, надо сказать, что Квантунская армия имела примерно столько же, целых восемьдесят, на момент начала войны. И то танки были, мягко говоря, дрянные. Мы уже рассказывали, что японская бронетехника была в основном гибридом кошки с мышкой. Несмотря на определённые удачные идеи типа плавающего танка, который имел нос и корму корабля. Когда выезжал на сушу, он их сбрасывал и превращался просто в танк.

То есть трансформеры уже тогда были у японцев.

Да. Пам-пам-парарам-пам-пам.

Надо было ещё, чтобы, знаешь, когда сбрасывал, так вертелся. Пафосная музыка. Экипаж хором вопил что-нибудь типа: «Лунная призма, дай мне силу».

В общем, в целом с бронетехникой у них всё было швах, её было мало. Это в основном были танки, которые по японским понятиям предполагались как, например, средние, а во всём остальном мире считались бы лёгкими. У японцев было такое представление о танках. Они просто их не видели, видимо, особо, вот они и считали. Тяжёлые танки по японским понятиям — это наши средние. И тех было очень мало, пользоваться ими не умели, зачастую использовали просто как мобильный ДОТ такой.

И, соответственно, в Китае задействовали в основном пехоту, кавалерию. И да, вот что-то там около четырёхсот собранных танков и бронемашин к уже активной фазе военных действий. Кроме того, были всякие маньчжурские, мэнцзянские, монгольские коллаборационистские части. Дело в том, что в 1937-м японцы создали на территории Внутренней Монголии, современной китайской, государство Мэнцзян. Формально республика, которая типа означала монгольскую окраину. И во главе её посадили князя Дэ Вана из потомков Чингисхана, крупного помещика. То есть это тоже надо было учитывать.

Китайцы вооружались по-всякому. Во-первых, у них были копии немецкой винтовки Gewehr образца 1888 года, ещё из разработки времён Франко-прусской войны. Такие более элитные части были вооружены местной копией винтовки Маузера 98-го года. Примерно как у вермахта. Кстати, Чан Кайши умудрился задружиться на некоторое время и с Гитлером, и в 30-е получать всякую помощь от него.

С учётом того, что дальше было с Гоминьданом и как они себя позиционировали, это, в принципе, не сильно удивительно, потому что они националисты ещё те. Так что неудивительно совершенно это слышать.

Да. Часть ещё вооружалась какой-то чехословацкой винтовкой образца 24-го, что ли, года, я уже забыл, откуда они их взяли. Также чехословацким был стандартный пулемёт калибра 7,92 миллиметра из арсенала в Брно. Было также некоторое количество французских пулемётов типа «Шоша», кстати, редкостная дрянь. Бельгийские какие-то, ещё там чьи-то. Теоретически… А, ещё были копии немецкого пулемёта Maschinengewehr 34. И копии американского Browning образца 1917 года, у которых ещё было водяное охлаждение, как у пулемёта Максима.

Надо сказать, что к ним затащили достаточно большое количество нашего оружия всякого и американского. Мы им поставили винтовки Мосина, пулемёты Максима и Дегтярёва пехотные. Американцы им поставили вместе с британцами кучу винтовок Springfield и британского Lee-Enfield, пулемёты Bren английские, ещё там чего-то. Таким образом получался, в общем-то, зоопарк, что плохо.

Пистолетов-пулемётов и самозарядных винтовок в Китае почти что и не было. Многие подразделения вынужденно вооружались трофейными Арисаками. Тут, правда, был такой плюс, что трофейная Арисака для китайцев была хороша чем? Тем, что у северных китайцев длинные руки по сравнению с японцами, они в целом выше. Это позволяло им передёргивать эту маленькую винтовочку, не отнимая приклада от плеча. В то время как большинству японских солдат приходилось для того, чтобы передёрнуть, её от плеча отнимать и таким образом терять время. Повышалась скорострельность у китайцев.

Да, это первый плюс. Плюс номер два: за счёт слабого боеприпаса Арисака отлично подходила для изготовления обрезов. Поскольку с пистолетами и вообще оружием для ближнего боя было всё плохо, в китайской армии были созданы отряды дадаодуй, вооружённые, собственно, дадао, то есть здоровенным двуручным тесаком.

Ух ты.

И они, соответственно, вооружались этим тесаком, обрезом от Арисаки и гранатами. И, набегая на японцев, крошили их всех в капусту. В рукопашку, фактически.

В рукопашку, пользуясь тем, что японцы, дав залп, были вынуждены отвлекаться на передёргивание. Тут ты им одного тесаком зарубил, другого из обреза зашмалял, третьего голыми руками удавил, четвёртого гранатой. Короче, как-то так это предполагалось.

Знаешь, из чего они делали эти дадао?

Из чего?

Они расковывали рельсы.

Ничего себе.

Таким образом они портили японцам жизнь тем, что разрушали на направлении их наступления железную дорогу и замедляли их продвижение. И заодно вооружались, чем, так сказать, бог послал.

Что касается техники, с бронетехникой тоже был полный зоопарк. Во-первых, у них была куча всяких танкеток разнообразного происхождения. Для тех, кто не тянет, танкетка — это очень маленький и хреновенький танк. Предполагалось, что он будет как бы вооружённый пулемётами, лёгкий и дешёвый, бороться с пехотой. Но уже война итальянцев с эфиопцами показала, что за счёт плохого обзора пехота просто оббегает эту самую танкетку и выковыривает оттуда холодным оружием экипаж, как кильки из консервы. Так что все эти танкетки «Виккерса», «Карден-Лойда» и прочих, в том числе, кстати, итальянские те самые, которые показали себя так скверно, были бесполезными.

Гораздо большую ценность относительно них имела поставленная сотня танков Т-26, которые, по крайней мере, были нормальными лёгкими танками с нормальной пушкой. Потом надо сказать, что у них уже к концу войны появились и более серьёзные виды техники. Например, «Шерманы» им поставляли американцы, ближе к концу. Но там уже на самом деле и так было понятно, что японцев сейчас разобьют.

Что можно сказать про японцев в этой войне интересного? Они активно использовали оружие массового поражения.

Да, значит, начнём с того, что они создали большое количество химического оружия. Надо сказать, что вообще-то все тогда создали большое количество химического оружия, но его никто не применял, а японцы применяли. То есть у них были общеядовитые, кожно-нарывные, удушливые, рвотные, ещё там всякие виды отравляющих веществ, которые на территории Маньчжоу-го размещались. Ими начинялись артиллерийские, миномётные выстрелы, авиабомбы, мины нажимные. Были системы баллонные, то есть просто чтобы выпускать их. И химический танк был, как вот у нас. Мы его как огнемётный применяли, а они именно как химический, чтобы опрыскивать газом.

Такой девиатор какой-то у ордусов.

Да. То есть города бомбили химическими бомбами, обстреливали химическими снарядами. Из-за того, что китайские войска, как регулярные, так и нерегулярные, не имели никакой химзащиты и химподготовки, они несли огромные потери. Когда, например, Наньчан бомбили, считается, что 20 тысяч человек, одних только военных, погибло именно от газовой атаки.

С одной стороны это. С другой — разрабатывалось и применялось в том числе бактериологическое оружие, для чего был создан специальный отряд 731. В 1932 году был создан по императорскому приказу и обретался в районе Харбина современного. Во главе его был поставлен генерал-лейтенант медицинской службы Сиро Исии. Комплекс был сверхсекретным, был замаскирован под какой-то отдел проверки качества воды — такая была у него официальная легенда. На самом деле качество воды его волновало минимальным образом.

Вместо этого были созданы, во-первых, штаммы болезнетворных микроорганизмов, таких, например, как чума, сибирская язва, ещё там чего-то. И в работах использовались живые люди в качестве подопытных. Так называемые дрова.

Да, дрова или брёвна, можно по-разному перевести. И испытывались, например, такие виды оружия, как керамические бомбы, начинённые чумными блохами. Причём чумой там не простой, как была чёрная смерть, а специально выведенной, которая там во много раз более вирулентна, смертоносна. Использовался в качестве биологического оружия или, по крайней мере, планировалось использование тифа — брюшного и сыпного, это, если что, разные вообще болезни, они просто называются похоже, — холеры, туберкулёза, дизентерии, уже упомянутых сибирской язвы и чумы.

Также проводились разные интересные биологические исследования. То есть, например, для того, чтобы посмотреть, как там работает эта самая выведенная специальная бактерия, человека подвергали вивисекции, то есть его живого вскрывали и смотрели, как у него там что постепенно делается.

Интересно.

Поскольку воевать предполагалось с Советским Союзом, да и в Маньчжурии тоже зимой дубак откровенный, почему там никто и не старается жить, были проведены опыты, которые показали, как нужно бороться с обморожением. То есть брали живого китайца, обливали его на морозе ледяной водой, как гитлеровцы у нас, японцы в Китае. После чего, добившись стойкого обморожения, начинали думать, что с ним делать. Если просто подождать, пока он оттает, оказывается, что там начнётся газовая гангрена, а человек умрёт. Что делать, если, допустим, обмороженное в горячую воду сунуть? Почернеет, потрескается, обвалится, останутся одни кости. Не годится такой метод. Следующего. Давайте попробуем его в тёплую, чуть-чуть тёплую воду и постепенно её нагревать. Вот это помогает, отлично. Этого тоже усыпите, он уже больше не нужен.

Делали всякие, например, препараты из живых людей. Описывается, как какого-то китайского мальчика взяли, усыпили, вскрыли, вынули внутренние органы, которые были нужны для препаратов, а опустевшее тело так за руки, за ноги — в угол куда-то, как мешок какой-то из-под картошки.

Эти персонажи, кстати, установили, на сколько процентов тело человека состоит из воды.

Да, мы знаем действительно, на сколько тело человека состоит из воды, потому что они это установили экспериментально. То есть берём человека, взвешиваем его, высушиваем его в сушилке, такой, знаете, там сублимационная сушка всякая, а потом взвешиваем высохшую мумию. Оказывается, действительно 75 процентов состоит из воды.

Или, например, что будет, если в разреженном воздухе человек будет. Ну вот, например, чтобы понять, на какой высоте пилоты могут летать без гермокабины и прочего. Просто в барокамеру суём и выкачиваем воздух. И у человека из-за низкого давления кишки вылезают изо всех мест наружу. Короче, много интересных опытов поставили. И мы даже многих из этой шоблы отдали под трибунал и перевешали. Но не Сиро Исии, нет.

Сиро Исии… Дай угадаю.

Сдался американцам.

Да, разумеется, он сдался американцам, дожил до 1959 года, и занимался он тем, что передал американцам свои данные об исследовании. И считается, что эти наработки были использованы во время Корейской войны. А сам Исии вроде как был врачом в клинике в Японии. Ходил после войны на вечеринки со своими бывшими коллегами и вспоминал, как он там 300 тысяч человек…

Замучил.

Убил. Да. Частью замучил сам, а частью они погибли из-за применения разработанных им видов биологического оружия. Его нам, к сожалению, вздёрнуть не удалось. Также, например, ушёл от ответственности один из замешанных в этой теме князей императорской крови. Тоже получил иммунитет.

Возвращаясь к, собственно, развязанной войне. Война началась в 1937 году с инцидента на мосту Марко Поло, если считать именно от 1937 года. И достаточно быстро были захвачены Шанхай, Пекин и Нанкин. В Нанкине была очень страшная резня. Считается, что больше полумиллиона китайских гражданских или сдавшихся в плен солдат было перебито. Предполагается, что изначально были грабежи, потому что японская армия снабжалась плохо, и грабежи считались за норму жизни. Но постепенно они перешли в резню, насилия, поджоги и массовые убийства.

В частности, в газете была в 1937 году размещена передовица про двух офицеров, которые поспорили, кто скорее успеет зарубить сто человек. Обоих их в итоге казнили за всё хорошее, но до сих пор в Японии многие говорят, что этого не было. Если было, то не нарочно. Если нарочно, то вовсе не с хохотом. Японцы рубили головы безоружным чуть ли там не плача и рыдая от этого. Тяжкие страдания испытывали и муки душевные. И вообще чуть ли не все в этом Нанкине сами нарочно кидались на мечи, сами себя поджигали, сами себя расстреливали, лишь бы испортить репутацию Японии.

После того, как Нанкин пал, было объявлено, что теперь создаётся Китайская республика во главе с временным правительством в Пекине. То есть это во главе с каким-то Ван Кэминем, которого в 1945-м после войны арестовали. Он решил не дожидаться, пока его повесят, и повесился, по-моему, сам.

Замедлить продвижение японцев удалось только летом 1938 года, когда разрушили дамбы на реке Хуанхэ. Она разлилась, как это раньше делала всегда, и множество японцев утопила. Правда, утопило в том числе много китайских деревень. Но было решено, что японцы их всё равно убьют, так что какая разница, в сущности.

Таким образом, несмотря на серьёзное продвижение и отступление китайцев, было понятно, что именно рассечь и уничтожить в централизованном смысле китайские войска не удаётся. Кроме того, было понятно, что хотя большие территории оккупированы, конечно, хорошо, но сильно растягивается фронт и снабжение сильно затрудняется. Учитывая, что тут как раз надвигалась большая война с европейцами и американцами, японским командованием было решено прекратить серьёзные операции стратегического уровня и вместо этого вести всякие точечные. Например, был высажен ряд десантов на юго-восточном побережье, там, где Фуцзянь, и создан ряд плацдармов на юге.

Соответственно, также было решено создавать те самые марионеточные правительства, которые до этого планировалось посадить. Например, в Нанкине была посажена Китайская республика во главе с Ван Цзинвэем. Ван Цзинвэй — это бывший гоминьдановский генерал, который перебежал на сторону японцев и служил им таким как бы Квислингом. На самом деле Квислинг из него получился очень сомнительный, потому что де-факто его никто из Японии не выпускал, он сидел у них фактически в заложниках и главой этого самого китайского правительства марионеточного считался чисто так, для виду.

Кроме того, были проблемы, связанные с активизацией Мао Цзэдуна в северной части Китая, где он, пользуясь отличным знанием местности и всякой тактикой засад и прочей партизанщиной, наносил японцам чувствительные потери и сумел даже добиться в 1940 году освобождения весьма крупной территории и перевода её под свой контроль.

Для того, чтобы в условиях начавшейся войны с США, Британией и Нидерландами перерезать пути снабжения Китая через Бирманскую дорогу, было решено, что Индокитай и, соответственно, Бирму необходимо оккупировать. Поскольку всё равно получалось, что надо ссориться с Британией, был оккупирован Гонконг, куда до этого, кстати, бежало большое количество человек из Шанхая, в том числе многие актёры и режиссёры. С этого, собственно, и начинается гонконгский кинематограф. Про кунг-фу и прочее.

Другим направлением эвакуации от наступающих японцев была Юньнань на юго-западе, как раз на границе с Индокитаем, с той же самой Бирмой. Туда уехало большое количество интеллигенции. Там даже некоторое время был такой культурный ренессанс, до сих пор неслыханный в этой глуши.

Несмотря на определённые успехи ввиду оккупации Юго-Восточной Азии, Ост-Индии, падения Сингапура и Малайи, а также захвата к 1941–1942 годам Бирмы, получалось, что китайцы отрезаны и окружены с той стороны, где им западные поставляли вооружение. Поэтому в 1942–1943 ни японцы, ни китайцы на фронте крупных операций не предпринимали. Япония несла тогда достаточно незначительные потери на континенте по сравнению с тем, что было до этого и что будет потом.

Но, в общем, получалось, что время работает не на Японию. Китай был чрезвычайно ослаблен. Только к 1944-му году возобновилось снабжение со стороны Запада.

Знаешь как?

Как же?

Британцы построили дорогу через Индию в обход.

Да. Стали возить там.

В 1943 году Чан Кайши, не зная, что ему дальше делать, объявил о мобилизации уже и женщин тоже. Потому что, видишь, как не хватало солдат. Во всяких вспомогательных частях туда стали загребать женщин. У Гоминьдана в целом всё было очень хреново с вербовкой. Часто бывало так, что солдат связывали верёвкой, гуськом, и вели так.

Японцы, сталкиваясь с нехваткой в том числе для себя продуктов питания, решили, что необходимо использовать этот фактор к своей пользе и к китайскому поражению. Считается, что эта так называемая рисовая операция, проходившая в 1943 году, должна была направиться на западный Хубэй, северную Хунань как житницы Китая и собрать там весь рис. Не дать крестьянам то, что не удалось собрать самим, поставить Гоминьдану и таким образом голодом принудить Китай к капитуляции.

Поняв, чем им это грозит, китайцы сумели помешать этому плану и удержать позиции, потому что иначе им грозила бы голодная смерть. Так что рисовая война завершилась победой Китая.

В 1944–1945 японцы воевали в основном против чанкайшистов, а против коммунистов Мао Цзэдун не воевал. Потому что Мао Цзэдун подумал-подумал и решил, что всем будет хорошо. Мы тут расширим на севере Китая свои владения, пока Чан Кайши занят японцами. Японцы могут высвободить силы для войны с Чан Кайши. А потом мы всё равно их побьём, потому что 1944 год был годом массовых отступлений для Японской империи на морях, и было понятно, что их додавят. Так что Мао Цзэдун рассудил, что это, конечно, будет продлевать их агонию, но реально для него гораздо большую опасность представляет Чан Кайши.

Логично.

Тем временем отступление японцев из завоёванных ими плацдармов позволило западным союзникам, раскочегарившимся, усилить свою поддержку. Например, в 1944-м — начале 1945-го в Китае начала действовать американская транспортная авиация, помогая с манёврами, десантами и всяким таким.

К 1945 году стало понятно, что сейчас мы додавим Германию и надо что-то делать в том числе с Японией. С Японией у нас был пакт о нейтралитете, который мы заключили в 1941 году, перед самым началом гитлеровской агрессии. Который нам был, как я уже сказал, очень выгоден. Но в 1945 стало понятно, что, во-первых, мы уже можем не опасаться войны на два фронта. Во-вторых, мы договорились с Черчиллем и Рузвельтом в Ялте о том, что обязуемся помочь им против Японии за то, что они помогли нам против Германии. Ну и, наконец, Южный Сахалин и Курильские острова сами себя не отберут.

Было у нас ещё одно соображение. Каким образом нам добиться победы Мао Цзэдуна, более слабого, над Чан Кайши после войны? А очень просто. Если мы захватим Маньчжурию, а лучше ещё и Корею, и передадим их Мао Цзэдуну, то у него сразу повысятся шансы в войне против Чан Кайши. Поскольку японцы там в Маньчжурии понастроили всякого полезного, совсем будет другой коленкор.

Так что японцы к 1945-му тоже начали зондировать с нами отношения. И говорить: вы там, вроде как, с американцами и британцами нормально общаетесь, может, вы им там как бы того… Может, как-нибудь, что ли, попросите их, чтобы они немножко нас не того…

Как-нибудь договоримся, да.

Мы сохранили стратегическое молчание насчёт этого. И было решено, что к лету 1945-го будем биться. Поэтому мы в 1945-м году 9 августа нанесли удар по Квантунской армии. Перед этим денонсировав договор о нейтралитете. Это мы ещё сделали в апреле 1945-го, когда было понятно, что сейчас уже Берлин падёт. И отправили им даже объявление войны с таким расчётом, что, когда оно к ним придёт, с часовыми поясами и до того мы уже нападём одновременно.

Святого.

Да, мы предупредили, мы же не виноваты, что у нас время не то.

Соответственно, по Квантунской армии, которая и так переживала не лучшие свои дни, был нанесён удар. Как мы его называли, по плану «Стратегические клещи». То есть мы их просто обхватили в огромный такой котёл и стали мутузить. Просто как бы их отрезали и стали их давить и гасить. Потому что на тот момент, как я уже сказал, у них были серьёзные проблемы со снабжением и личным составом. Многие части были недоукомплектованы. Всякая техника и тяжёлое оружие были у них отобраны и отправлены на Тихоокеанский театр военных действий. И таким образом против нас образца 1945 года им не светило абсолютно ничего. То есть даже наши лёгкие танки были гораздо лучше, чем их. И противотанковая артиллерия японцев, например, могла только бороться с нашими лёгкими танками. Уже против средних их калибра совершенно не хватало.

В ходе этой операции были достигнуты некоторые интересные успехи. Например, как я уже сказал, были захвачены в плен многие члены отряда 731 и повешены потом. Был также захвачен Пу И, тот самый.

Да, про которого мы хихикали тут.

Пу И этот был в итоге передан в Китай. Потому что мы его некоторое время подержали у себя. Он написал даже Сталину письмо о том, что почитал Маркса, Энгельса и Ленина, проникся.

И просит его выпустить в новый коммунистический теперь уже Китай.

В Китае его поначалу посадили, некоторое время держали в тюрьме, но потом его выпустили, и он работал каким-то то ли библиотекарем…

Да, он работал сначала садовником, а потом библиотекарем. И даже женился на какой-то из коллег, которой казалось очень милым, что он, скажем так, человек, не приспособленный к жизни. Потому что он же всю жизнь прожил во дворце со слугами и не знал ни как чайник вскипятить, ни как штаны заштопать. Короче, ей приходилось за ним таким образом ухаживать.

Во время культурной революции его обвиняли какие-то там бывшие служанки дворца, что якобы их там третировали, терроризировали.

Был известный абьюзер.

В итоге за него даже Мао Цзэдун вступился, сказав: Христос с вами, что вы наговариваете. Так что от него отстали.

Ещё мы захватили, например, атамана Семёнова, который ещё в Гражданскую войну был японским прокси, мы его изловили. Также попались все эти дальневосточные фашисты, Родзаевского и прочего. Помнишь, которые выпускали газету «Фашистская крошка» и рассказывали, что фашистская крошка просыпается утром раньше всех, как Ванька-встанька, умывается, никогда не капризничает, ничего не берёт у евреев и не дружит с евреями. Короче, всех этих господ мы тоже изловили и вздёрнули. Всех хором, так сказать, за всё хорошее.

В смысле Сахалина и Курил мы их тоже забрали. Для чего произвели Южно-Сахалинскую операцию. Мы как раз там собрали войска на севере. И забрали. И мы даже собирались высаживаться на Хоккайдо дальше.

Забирать.

Да. Исконные. Но тут уже американцы сами стали планировать. И Сталин решил, что хватит нас того.

В итоге Япония капитулировала. Капитулировала Япония, прошу заметить, не только от американской атомной бомбардировки, но и из-за того, что мы ликвидировали Маньчжоу-го. Почему это важно, казалось бы? Потому что вообще-то у японцев был план, по которому правительство и императорский двор будут эвакуированы на континент, откуда будет продолжаться война. Например, именно в это верили всякие Хиро Оноды и прочие японские недобитые в лесах, которые потом десятилетиями ещё воевали. Кстати, на Курилах гарнизоны держались и после объявления о капитуляции. Как бы им ни втолковывали, что война уже закончилась, пришлось их того… Не хотели оттуда уходить никак.

Короче, из того, что в Японии правительство Судзуки продолжало бить себя пяткой в грудь и говорило: да как так, мы можем сдаться. Теоретически когда-нибудь там мир какой-то предполагался, но, понимаете, до этого Япония же ни разу ни одной войны не проигрывала. Они всё твердили это как мантру, забыв, что Япония, честно говоря, до этого не особо-то и воевала. Если бы у них там было сто войн, которые бы они не проиграли, это было бы ещё понятно. А то, что они в последние десятилетия только что развоевались, просто ещё не встречали себе хорошего противника.

В итоге всё это привело к тому, что в Японии попытались, когда стало понятно, что император хочет капитулировать, потому что понял, что бежать некуда, американцы бомбят, сил никаких нет, все эти разговоры про то, что сейчас вот, когда они высадятся, мы там все будем массово как камикадзе на них бросаться с бомбами и взрываться, лишь бы не посрамить честь самурайскую, ни к чему не приведут, только к тому, что Японию всё разбомбят, всех убьют, и Япония там кончится просто… Когда об этом стало известно, в ночь с 14 на 15 августа совсем отбитые военные попытались произвести переворот, чтобы помешать этому. Им удалось убить нескольких членов высшего руководства из военных и попытаться арестовать императора. А также попробовать выступить по радио и передать там какой-то призыв не сдаваться и гордо идти ко дну. На радиостанции им сказали, что ничего передавать не будут. И в итоге они в основном кто застрелился, кто вскрылся, кто чего. И в итоге Хирохито объявил приказ о безоговорочной капитуляции.

И всё. 15 августа капитулировала экспедиционная армия, которая воевала против Китая. 16-го — Квантунская армия. И война для нас, китайцев, на этом закончилась.

Мы передали захваченную Маньчжурию Мао Цзэдуну. Мао Цзэдун с неё развил активность и в итоге вышиб Чан Кайши на Тайвань. Чему, правда, сопутствовало в том числе разочарование Трумана в нём. Знаешь, как он выражался?

Как?

Все эти Чаны, Суны и Хуны сплошь воры.

Потому что в Гоминьдане действительно была серьёзная проблема с коррупцией. Значительную часть иностранной помощи и финансирования они разворовывали и раскладывали по карманам. А потом удивлялись, отчего же вот так вышло в конце.

Что это всё дало в итоге? В итоге это создало проблему для Японии, потому что мы с ними находимся не в состоянии войны, но при этом мы с ними находимся в территориальном споре. Мы с ними в принципе в 60-е планировали серьёзно замиряться. Подписали с ними ещё до этого декларацию 1956 года, где объявлялось, что состояние войны прекращается, установили дипломатические отношения. И там было написано, что СССР соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и острова Шикотан. То есть половины островов. Предполагалось таким вот соломоновым решением. Бойтесь, что, так сказать, пирог будет разрезан на две части. После этого каждый из вас получит смерть, а пирог — семье.

Но тут в Японии завопили: как это только половину, мы хотим всё. И в итоге мы им сказали: хотите всё — не получите ничего теперь.

В 90-е, когда у нас всё было скверно, мы от них получали всякие заманчивые предложения, что давайте мы вам кредит, а вы нам острова отдадите. К счастью, даже тогдашнему абсолютно отбитому руководству хватило мозгов не отдавать ничего. Так что Курилы до сих пор наши, как и Сахалин. Про Сахалин они, к счастью, забыли, про Курилы никак не могут.

С Курилами каждое японское правительство попадает в одну и ту же проблему. Потому что понятно, что никакого способа отнять у нас Курилы нет. Ожидать, что мы вдруг их возьмём и подарим, они тоже не могут. Но, с другой стороны, японское правительство не может сказать своим избирателям: какие вам Курилы? Вы детей не можете воспитать толком, чтобы они не были сыночками-зайчиками, ещё Курилы вам. Нет, это будет сразу политическое самоубийство. Они должны сказать: сейчас вот вернём, мы должны.

Дальше пишутся статьи в газетах про то, как там тяжко страдают японцы, у которых какие-то предки жили на Курилах. А теперь вот они не живут там, где предки, и надо срочно всё вернуть. В комментариях каждый раз собирается перепись одних и тех же идиотов, которые пишут одно и то же. Один пишет, что нужно усилить дипломатическую работу, чтобы вот их вернуть. Какую работу? Как усилить? Каким образом эта работа что-то может вернуть? Непонятно. Другие пишут что-нибудь вроде того, что никакой больше экономической помощи России. Они просто там очень плохо знакомы с реалиями окружающего мира. Для них центр карты — это всегда Япония. Поэтому некоторые до сих пор считают, что голодающая Россия тут живёт на щедрую японскую помощь. Какую-то грозятся нам её больше не давать. Третьи, четвёртые пишут, что надо вообще разорвать отношения и торговлю с Россией. У нас, честно говоря, такая торговля, что вряд ли кто-то заметит её разрыв. К тому же всё равно всё будут через Китай точно так же продавать, только с небольшой наценкой.

Эта проблема для Японии абсолютно неразрешима, потому что никто им ничего не отдаст. Сказать: ну и хрен с ним, честно говоря…

Не больно-то и хотелось.

Да, они не могут, потому что для Японии это ужас-ужас, потеря лица, можно сразу совершать сэппуку смело, потому что вся твоя карьера будет разрушена, тебе просто никто на улице доброго слова не скажет никогда в жизни. Родители позвонят и скажут, что не так тебя воспитывали. Короче, это полный абсолютно конец. И получается, что они сами себя загоняют в ловушку, где они вынуждены педалировать неразрешимый для них конфликт. А Россия даже толком и не замечает этого неинтересного.

Вот такая вот вышла история с Японо-китайской войной. В ней, как считается, Китай потерял что-то около 20–25, по некоторым подсчётам 35 миллионов человек, если так считать вместе с мирными жителями, которых тоже массово истребляли, морили, душили газами, блохами чумными и так далее. А Япония, как считается, потеряла что-то около 700 тысяч человек на этом фронте с китайцами и с нами.

До сих пор это составляет очень серьёзную проблему в отношениях между Японией и Китаем. Японские политики, которые ходят в храм, где похоронены павшие на войнах, каждый раз вызывают в Китае, обеих Кореях и даже во Вьетнаме резкую реакцию. С той поры Япония вынуждена ориентироваться на США, потому что все соседи её ненавидят и стараются с ней дела особо не иметь. И со всеми до сих пор есть территориальные проблемы, кстати. Потому что с корейцами не поделили острова, с китайцами не поделили острова, и, в общем, со всеми ничего-то не поделили. Только вот, кстати, против того, что американцы у них кучу островов поотобрали, вот насчёт этого…

Вопросов нет, да. Всё правильно сделали.

И каждый год, когда годовщина атомных бомбардировок, каждый год они вынуждены как-то так об этом говорить, как будто эти атомные бомбы откуда-то там из космоса вдруг прилетели сами. Там и Годзилла какая-то их принесла и обрушила на них. Чтобы ни в коем случае не сказать, что это США сбросили на них бомбы. Потому что как же так? США нам друзья, товарищи и братья.

В таком вот незавидном положении Япония оказалась после этой войны, развязанной ею. И будем надеяться, что больше воевать ни с кем не будет. А то как бы не вышло ещё горше проблем, чем из предыдущего раза.

И на этой оптимистичной ноте будем заканчивать.