В этом выпуске мы рассказываем о спелеофауне - летучих мышах и прозрачных рыбах, карстовых пещерах и лавовых трубках, опасном радоне и грибковой флоре, слепых пауках и алабамском раке-реднеке.

В после-шоу Аур стоит в очереди за редкой миниатюркой Warhammer 40000, а Домнин отправляется смотреть Голый Пистолет. Так же обсуждаем вопросы сбора грибов, чем заняться в Уппсале, куда делись тела Серых Рыцарей из секретного мавзолея на Титане, и сколько Nvidia будет платить в казну США за продажу ИИ чипов в Китай.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Привет, друзья! Вы слушаете 616-й выпуск подкаста «Хобби Токс», и с вами его постоянные бессменные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин! Итак, от тем хиповых и в некотором роде неформальных мы отправляемся к темам чуть более заглубленным и, я бы даже сказал, природным. О чем же мы, Домнин, поговорим сегодня?

Сегодня мы поговорим про так называемую спелеофауну.

Спелеофауна? Что за слово-то такое чудное?

Это означает пещерные обитатели.

Пещерные люди?

Да, то есть нет, к счастью, не люди. Сегодня мы будем говорить не про дроу, дуэргаров, аболетов, личидов и прочее, но тоже про таких довольно странно выглядящих существ.

Что вообще есть пещера? Потому что если, допустим, поинтересоваться этим у сайтов мэрии Москвы и вообще местных властей, то они тут же вывалят кучу пещер Подмосковья.

Ух ты!

В которые можно даже отправиться.

А, Домнин, пещеры Подмосковья, я стесняюсь спросить, это пещеры прямо под самой Москвой или все-таки в Подмосковье?

Все-таки в Подмосковье, да. Вот, например, знаменитые Сияновские пещеры.

Никогда таких не слышал, кстати.

Они… Я не знаю, сейчас они открыты или нет, потому что я точно знаю, что их закрывали пять лет назад. Туда какие-то малолетние дурачки пошли и обратно не пришли. Их, конечно, быстро оттуда вывели, как только стало понятно, что сами не выйдут. Но, в общем, от греха подальше местные власти решили ее закрыть. А так это был довольно популярный туристический маршрут.

Потом, например, вот в районе Подольска есть так называемые Силикаты. Там можно посмотреть, например, на остатки подземных рельс, на которых возили всякое. Все это, что у нас тут в Подмосковье, хотя и выглядит сейчас, конечно, весьма внушительно, это все бывшие выработки. То есть это не пещера в прямом смысле, это скорее такое рукотворное место, куда все любят лазить. А раньше там добывали где-то известняк, где-то еще чего-то. Вот белокаменные конструкции всякие у нас в Москве еще с XVII века — это вот там все добывалось.

Потом, например, был у нас такой… Как он там назывался-то? У нас был один дореволюционный бизнесмен, Мартьянов, у которого были кирпичные и цементные заводы, чтобы, так сказать, синергия была, к западу от Домодедова. И там до сих пор Мартьяновские каменоломни, где он добывал сырье для цемента. Очень опасное место, считается, 250 километров протяженностью.

Внушает, да?

Поэтому там, как и в Море, и в Киселях, как минимум четыре трупа за последние полвека.

Да, ух ты.

Там убийца как ни фиг делать.

Да, но мы на самом деле хотели бы поговорить про пещеры, то есть естественные полости верхней части земной коры. Что важно, связанные с поверхностью какими-нибудь отверстиями. Есть просто в глубинах полости, которые никак не связаны с поверхностью. Про них мы сейчас говорить не будем.

Откуда они, собственно, берутся, эти пещеры, если их не выкопали, как у нас под Москвой?

Я думаю, что много причин может быть хороших.

Да, но самое типичное — это так называемая карстовая пещера.

То есть вымытая водой?

Не совсем. Вымытость может сопутствовать карстовости, но именно карстовость не вымывается, она растворяется. Поскольку вода всегда содержит какую-то естественную кислотность, потому что углекислый газ в природной воде, если это не дистиллят, всегда будет какой-то. И, соответственно, породы, которые этому подвержены, — это, например, мел, известняк, мрамор, доломит, гипс, соль, кстати. Галит имеется в виду. То есть не рассыпная соль, а в смысле минерал твердый, из которого копают соль.

Соответственно, вода их за счет своей природной кислоты постепенно растворяет. И вот тут как раз могут быть пересечения с эрозионностью. То есть действительно бывают эрозионные пещеры. Например, на берегах морей часто бывают так называемые гроты, в которые туристы любят лазить, потому что волны туда-сюда бьются и постепенно пробивают. Или, допустим, река, ручьи всякие текут, потоки всякие, сезонные дожди, паводки бывают, и они могут промывать.

Зачастую пещеры смешанные, поэтому получается по происхождению как бы и карстовые, и эрозионные. То есть кислота где-то что-то проела, вода начинает протекать, и вот пошло-поехало.

Что это нам, кстати, говорит? Это говорит нам то, что пещеры — это, в общем, геологически молодые образования, что имеет самое непосредственное влияние на их обитателей.

Бывают еще пещеры вулканические. Дело в том, что когда лава течет потоком, верхние слои остужаются воздухом, и они остывают и постепенно затвердевают, образуя такую крышу. А под этой крышей до сих пор течет горячая расплавленная лава. Соответственно, когда она вся протечет, то крыша-то останется, и получится так называемая лавовая трубка.

Да, да.

На всяких вулканических островах этого добра, как правило, полно.

Вообще, надо сказать вот что: как пещеры вообще, так и пещерная фауна изучены до сих пор достаточно плохо. И ключевым вопросом в данном случае является скорее то, где они расположены и кто там живет. Есть ли там люди, у которых много свободного времени и денег, чтобы по этим пещерам лазить? А то очень может быть, например, что пещеры как бы есть, но что там, кто там сидит, абсолютно неизвестно из-за того, что они где-нибудь там в Боливии, где не до пещер: с голоду бы не сдохнуть, грубо говоря.

Так что, например, одними из самых хорошо изученных являются представители спелеофауны США.

Потому что там больше всего денег.

Потому что там людям заняться нечем, вот они и лазят. Или, допустим, в Китае тоже достаточно много изученных мест. И в некоторых других регионах. В Европе, кстати, тоже весьма хорошо. Там тоже кто может себе позволить, лазит.

Поэтому до сих пор мы многих вещей не знаем. Кроме того, собственно, погружение в пещеры является, вы понимаете, физически и технически трудным. Допустим, совершенно не обязательно, что в пещере будет пригодный для дыхания воздух.

Даже так?

Да. Начнем с того, что в абсолютно любых пещерах содержится достаточно много газа радона.

Это правда, да.

Он довольно тяжелый и может скапливаться на полу, скажем так. Я вот живу в Швеции, у нас тут проблема с радоном следующего характера. У нас скалистая достаточно территория. Вообще весь Скандинавский полуостров довольно скалистый. И когда строят частные дома, частенько получается так, что ты его построил, вроде там все сделал как надо, а в подвале у тебя начинает скапливаться радон.

То есть прям специально, когда люди дом покупают, не новый, имеется в виду у кого-то, кто продает, там приходят со счетчиком Гейгера и меряют количество этого радона. Просто потому, что радон этот невидимый, его нельзя ощутить никак. Он там может быть и может вас облучать. Вы можете там тусоваться у себя в подвале, облучаться, а потом чем-нибудь заболеете, еще что-нибудь произойдет.

Тут, понимаешь, даже еще дело не столько в самом радоне, сколько в том, что радон распадается. Распадается он, например, на свинец, полоний и всякое такое.

Всякое добро.

Да. Эти самые продукты распада уже не являются газообразными, а представляют собой мелкодисперсный аэрозоль, который попадает в легкие. И потом, представьте, у вас полоний в легких.

Да, и черт знает, как его оттуда извлечь.

Никак. Это раз.

Во-вторых, во многих пещерах обитают разнообразные летучие твари, как птицы, так и летучие мыши. Они там все гадят, от чего образуются залежи гуано.

Да.

И это самое гуано, во-первых, само по себе достаточно химически активно, имеет высокий процент содержания фосфора и аммиака, и дышать этим может быть совершенно неполезно. Это первое. Второе: на гуано могут развиваться специфические грибки, которые, если попадут к вам в легкие, вы очень быстро дадите дуба. Так что такая вот сложность.

С другой стороны, лазить туда тоже нельзя бездумно. И дело тут не только в том, что там можно упасть, разбиться, или какой-нибудь там обвал, склон, поскользнулся и так далее. Потом еще тебя попробуй оттуда извлеки. Или там неожиданно начались дожди. Помните, было, когда какие-то экскурсии с детишками водили в Таиланде по пещерам, а тут не вовремя ливни-то и начались? Их там залило, их извлекли оттуда, борясь одновременно со стихией и, кстати, прибежавшим Илоном Маском.

Да, который там называл всех обидными словами и говорил: «Давайте я спасу всех». Какие-то там пытался мегаизобретения на коленке делать.

Так вот, нужно, если вы лезете, допустим, в пещеру, где, скажем, на неделю спускаться… Как я уже сказал, многие пещеры весьма обширны, и чтобы их хорошо изучить и, например, топографировать, приходится туда идти на неделю, на месяц практически, делать там всякие лагеря, идти дальше, возвращаться, потом поэтапно ночевать и так далее.

Так вот, там ни в коем случае нельзя ничего оставлять, потому что это может совершенно разрушить хрупкую местную экологическую систему. Это означает, что обратно вытяните нагруженные баклаги с мочой, например.

Даже так?

Да, даже так. Так что это занятие не для слабых духом. Ну и прочее: там холодно, темно, клаустрофобно и прочее.

Ладно, мы сейчас не про спелеологов, мы, собственно, про то, что там живет.

Что для нас интересного подразумевает биоспелеология? Пещеры являются очень специфическим биомом, в котором отсутствует солнечный свет и, как правило, вообще какой-либо свет. Хотя там встречаются и существа с биолюминесценцией, но их там меньше, чем, например, в темных глубинах океана.

Вот, например, в глубинах океана у рыб есть глаза. А вот в пещерах у многих рыб глаз нет, потому что там под водой люминесцентной фауны почти никакой, она только вот в сухих местах. Некоторые черви, например, светятся из-за этого, некоторые насекомые, и там как раз глаза сгодятся. Другие, впрочем, совершенно слепые.

Кроме того, в отличие от глубин океана, которые, в общем-то, везде одни и те же, — океан-то можно проплыть хоть из Индийского в Северную Атлантику, допустим, куда-нибудь, было бы желание, — пещеры зачастую либо изолированы, либо сама живность, даже если пещеры соединяются в какую-то большую систему, может просто не соваться далеко от своего привычного места обитания, что вызывает весьма активное видообразование.

Причем виды эти являются эндемиками сплошь и рядом. То есть встречаются только и исключительно в какой-то конкретной пещере. Кроме того, бывает так, что даже путали разные виды, приняв за один, потому что они там все мелкие, бесцветные и трудноизучаемые: надо куда-то лезть, что-то там искать впотьмах. Из-за этого бывает так, что вид, ранее считавшийся единым, недавно объявляли, что разделяется на два разных. Оказалось, все-таки не один вид.

А еще один момент. За счет вот этой изолированности пещеры часто являются рефугиумами.

А это что такое?

Рефугиум с точки зрения биологии — это какое-то место, где сидит некая изолированная и часто реликтовая популяция какого-то вида.

То есть беженцы такие, латинские.

Да. Например, вот когда строили пирамиды египетские, на земле Врангеля, вот этой самой, в Северном Ледовитом океане, по-моему, паслись последние мамонты. Вот это был их рефугиум.

Ага.

Да. И в пещерах поэтому многие… Вы знаете, там на всяких Мадагаскарах и Австралиях. Австралия — это один большой рефугиум сумчатых. Потому что за пределами Австралии сумчатые встречаются в виде всяких поссумов в Новом Свете, но такого буйства, чтобы там все, начиная от сумчатых всяких крыс, сумчатого медведя, он же коала, кенгуру и черт знает чего там еще сумчатого, — вот для них Австралия это рефугиум.

Да.

Таким образом, кто и как там живет? Во-первых, надо сказать, что далеко не все там живут в равных условиях. То есть те, кто живет только исключительно в пещерах, зовутся троглобионтами.

Спасибо, что не троглодитами.

Есть термин «троглобиты», его используют англоязычные ученые.

Почти троглодиты.

От одного же корня. Троглобиты — пещерные. Бывают такие, которые живут в пещерах как бы part-time, то есть, допустим, гнездятся там, но охотиться выходят наружу, вроде летучих мышей. Летучие мыши обязательно вылетают оттуда. Таких называют троглофилами.

Понятно. Любят пещеры.

Да, да, да. Бывают такие, которые только часть года, например, на зиму тусуются в пещерах, — троглоксены.

Есть и более сложные случаи, такие, например, как протеи. Они же пещерные тритоны.

Не путать с протеанами.

Да. Дело в том, что считается, что протей — не самостоятельное существо, а так же, как аксолотль, другой обитатель всяких интересных мест, только в Новом Свете… Протей в Европе живет, аксолотль — в Новом Свете. И вероятнее всего, что он так же, как и аксолотль, неотеническая форма какой-то реликтовой саламандры.

Давай-ка, Домнин, поясним, кто такая неотеническая форма.

Неотения — это такое явление, когда личиночная форма какая-то, тем не менее, достигает половой зрелости и может размножаться как будто взрослая форма. То есть, например, аксолотли, которых разводят, — это, грубо говоря, не настоящее животное, это детская форма так называемой мексиканской амбистомы, которая повзрослеть может.

То есть аксолотль технически может повзрослеть?

Технически да. Если добавлять специфические гормоны и понизить уровень воды, и вообще более сухую ему обеспечить жизнь, то он превращается во взрослую форму. Но, по всей видимости, у них вот этот неотенический механизм развился за счет того, что тварюшки эти решили: «А нам и так хорошо», когда они живут именно во всяких этих пещерах Нового Света.

Ну вот, по-видимому, протей тоже остался как раз таким же.

То есть это, я правильно понимаю, не хотят взрослеть, как нынешняя молодежь?

Практически так, да.

Понятно.

Живут, кстати, протеи по сто лет с лишним.

Ух ты.

Да, считается, что 102 года — рекордный возраст. Мы не можем сейчас сказать, действительно ли может протей в кого-то превратиться. Может быть, он уже утратил этот механизм, а может быть, и не утратил. Опять же, изучено не так хорошо. Их довольно мало. И они являются особо охраняемыми, потому что все эти дураки их норовили ловить раньше и впаривать туристам. Они просто живут в Хорватии, в Словении, короче, куда туристов много едет. Не повезло им.

Да.

Есть даже такая гипотеза, что человек является неотенической формой своего рода.

Ну, какой-то, да.

Которая так, видимо, решила эволюционировать.

Дай угадаю: а снежный человек является взрослой формой человека.

Если вы будете смеяться, то сами все элементы неотении у человека несомненные. То есть у нас есть всякие признаки типа социальности, которые характерны для детенышей приматов. И есть характерные черепные особенности, которые указывают на неотенические элементы. И поэтому да, есть такая даже гипотеза криптозоологическая, что снежный человек — это на самом деле человек настоящий, то есть наша взрослая форма, которая достигает естественного предела, делается мохнатой, как нам теоретически положено, а не только на голове, и теряет социальность, вместо этого сидит на горе где-нибудь там и ухает.

Ладно, мы этих самых исследователей не видали, не можем вам сказать, что они там, есть они или нету. Это науке неизвестно. Но факт в том, что да, некоторые объясняют теоретически могущие существовать виды как раз неотенией.

Так вот, о чем я говорил, собственно? О том, что за счет того, что часть жителей не постоянно там сидит, а выходит на поверхность, они привносят очень нужные питательные вещества для других, собственно, постоянно сидящих там жителей. Например, те же самые птицы и летучие мыши гадят в пещерах, что запускает целую кучу трофических цепей. То есть когда потребляются одни другими, кто-то занимается тем, что разлагает, бактерии разлагают на основные химические элементы, производят другие вещества, которыми питаются беспозвоночные. Беспозвоночных едят какие-нибудь более крупные, допустим, членистоногие, пауки, крабы. Тех более крупных едят другие, и вот так как-то все это там…

По кругу ходит.

Сами летучие мыши тоже периодически едят тех, кто там ошивается. Птицы, опять же, тоже там могут жить. Моллюски фильтруют воду или ползают там всякие, живутся некоторые летающие насекомые, например мухи. Для жизни в пещерах адаптировались некоторые виды муравьев.

Да, то есть что интересного, например, мы можем найти в пещерах? Живет ряд примитивных плоских червей. Известны так называемые черви Хаузера. Их открыл Йозеф Хаузер, он венгр. Это плоский червь, примитивный, относится к планариям. Совсем примитивные тварюги, которых, например, можно пополам разрезать, и они просто регенерируют недостающую часть. В смысле истинно регенерируют. То есть, например, дождевой червь, хотя и выглядит регенерирующим, на самом деле регенерирует не то, что надо, и двух червей не получится.

Есть, опять же на той же территории бывшей Югославии, где много пещер, некоторые моллюски, как раз ошивающиеся там же, где протей, — двустворчатые. Достаточно много ползающих моллюсков. То есть, например, в долине Пекос, это река такая в Техасе, живет призрачная пещерная улитка, пресноводная. Открыта в 1935 году только. Обратите внимание, насколько до этого все тяжело.

Тяжело, так сказать.

А сколько еще не открыто таких улиток?

А вот это неизвестно.

Да.

Отличается тем, что она, как и некоторые другие улитки, имеет дверку в своем домике. То есть не открытая, как у нас всякие катушки и прочие, которые в прудах живут, а именно запирается такой дверкой снизу.

Живет также большое количество паукообразных. Например, так называемый слепой паук с острова Барроу. Остров Барроу — это у западного побережья Австралии. Слепой паук сидит в пещерах, глаз не имеет, пигментации не имеет. Вместо этого ориентируется по движениям, звуку и шевелениям породы под ногами. До сих пор пойман только один экземпляр.

Ух ты, он же и описан, видимо, да?

Он же и описан, да. Иначе никак.

Живется, помимо пауков, достаточно большому количеству скорпионов и ложноскорпионов. Например, в Йосемити, в известном национальном парке в Штатах, в Калифорнии, есть эндемичный вид йосемитского пещерного ложноскорпиона.

Ты знаешь, что такое ложный скорпион?

Нет.

Ты их, скорее всего, видел, просто за счет мелкого размера, скорее всего, не понял, что это, и подумал, что это мелкий паучок. Ложноскорпион выглядит как действительно мелкий паучок, но с клешнями, как у скорпиона. Или, если тебе угодно, как чрезвычайно мелкий скорпиончик без хвоста. Он родственник паукам и скорпионам и часто живет у нас в платяных и книжных шкафах.

Знаешь почему?

Почему?

Потому что у нас в платяных и книжных шкафах живет много разных интересных молей. Ложноскорпионы на них охотятся. Вот если вы оставите старые книги в каком-нибудь шкафу на даче и будете годами не тревожить и не открывать, потом можете обнаружить, что их всех поела книжная моль. Такие есть. Ну вот, а ложноскорпионы, если они там тоже поселятся, это предотвращают. Полезная тварюга. К тому же он совсем маленький и незаметный, и вы их просто не заметите.

У них есть еще интересная особенность. Правда, это не так важно, потому что пещерные этим не владеют, но те, которые у нас в домах живут, умеют перемещаться при помощи других, более крупных насекомых. Цепляются за ноги клешнями и летят на них.

Как это?

Такой есть механизм. Он не только для ложноскорпионов характерен. Есть, например, такой жук — майка. Не майский жук, это совершенно другое. Жук майка имеет специальную личиночную стадию, так называемую триангулин, который подстерегает на цветках пчел, по-моему, цепляется им за ноги и улетает в улей, и там сидит и ест мед, пока не вызреет и не уйдет оттуда. Тоже такой же механизм.

Так вот, ложноскорпион йосемитский слепой и не имеет, насколько я понял, пигментации. Вылавливает там всякую тоже мелкую насекомую живность, они хищники. Конкретно этот охотится на так называемых многохвосток.

Такой жучок.

На маленького таракана похож.

Да.

Есть еще, например, в 2012 году открыт в Лаосе слепой паук-охотник.

Тоже в пещере живет?

Да, в лаосских пещерах живет. Первый обнаруженный вид пауков-охотников, который слепой. Размером где-то полтора сантиметра. Достаточно заметный скорпиончик.

Вообще, в Индокитае довольно много всяких пещерных паукообразных обнаружено. Например, есть ряд пещерных скорпионов, я имею в виду настоящих, которые с хвостами. Тоже слепые, бесцветные, охотятся на всякую мелкую живность, в том числе на мелких паучков.

На Гавайях тоже есть свой слепой паук-волк. Охотится на каких-то тоже там мелких беспозвоночных, как, в общем, и подобает паукам-волкам. То есть они не плетут паутины, а именно охотятся, ориентируясь по движению, шевелению воздуха и всякого такого. Такие вот бывают там пауки.

Живет также достаточно большое количество многоножек, в том числе достаточно крупных. Например, в 2011 году в Греции был открыт вид многоножки, Титанофил называется. Они, слепые, обладают на задней части тела каким-то крючком.

Зачем им этот крючок?

По всей видимости, когда многоножка сворачивается в клубок, она этим крючком цепляется себе за голову, чтобы нельзя было размотать.

Какая хитренькая.

Да, таким образом она пытается бороться с врагами. Почему ее называют именно Титанофилом? Потому что в пещере такой найден — Пещера Титанов.

Ага.

Да. Видимо, древние греки считали, что там жили титаны. Многие из вот этих многоножек и стоножек, обитающих в пещерах, нам известны только по частям тела найденным, а не полностью, к сожалению. Потому что, я уже сказал, тяжело исследовать в таких условиях.

Живет и большое количество разнообразных раков и крабов. Забавная ситуация получилась с алабамским пещерным раком.

Алабамский пещерный рак? Я прям представил себе такой усатый пещерный рак, играет на какой-то алабамской балалайке.

Да. С ним произошла забавная история, потому что ранее считалось, что он обитал как в долине реки Теннесси, так и в долине реки Пейнт-Рок. Проблема в том, что оказалось, что в долине Пейнт-Рок живет, хотя и похожий вид пещерного рака, но все-таки другой. Там четыре пещеры, в которых живет другой, а базовый алабамский пещерный рак живет в 12 пещерах на реке Теннесси.

Короче, поэтому было решено сделать следующее: тот, который в большем количестве пещер на реке Теннесси, тот будет Alabama cave crayfish, а который живет на Paint Rock River в пещерах, — тот Sweet Home Alabama cave crayfish.

Класс.

Да, вот именно. Потом говорят, что у зоологов нет чувства юмора.

Есть еще там же, на реке Теннесси, тоже неродственный им эндемик, так называемый призрачный пещерный рак. Тоже никакого отношения к ним не имеет. Как я уже сказал, в этих пещерах очень быстро образуются отдельные популяции, которые приобретают видовую самостоятельность.

Потом там же, в штате Теннесси, живет еще и теннессийский пещерный рак.

Чтоб все запутать.

Короче, там чуть ли не в каждом районе какой-то свой пещерный рак в Америке живет: оклахомский пещерный рак, аппалачский пещерный рак, пещерный рак из Мамонтовой пещеры, пещерный рак из Silver Glen Springs, пещерный рак из Орландо, пещерный рак Санта-Фе, пещерный рак Orange Lake, пещерный рак Big Blue Spring, майамский пещерный рак, кубинский пещерный рак. Но он не в США, он в горах Кубы живет. В северной Флориде живет пещерный рак-паук. Короче, что там только у них не живет.

Есть и крабы всякие пещерного пошиба, тоже бесцветные, с длинными тонкими лапами. Как и вообще все пещерные членистоногие, они все имеют длинные тонкие лапы. Просто потому, что там ориентироваться можно только на ощупь.

Ну вот, этот самый… На Сулавеси живет свой вид пещерного краба. Слепой, белесый, с длинными тонкими лапами. Где-то там ошивается в карстовых пещерах на острове Сулавеси в Индонезии. И там во всяких водоемах подземных живет, подъедает, что там еще ползает.

Есть несколько видов пещерной креветки. Тоже не связаны друг с другом. В той же самой Алабаме, например, живет алабамская пещерная креветка. Бесцветная, прозрачная, с длинными усами. Но так, в целом, креветка и креветка. Тоже эндемик, охраняемый государством.

Чтобы их там всех не…

Не съели, ага. В Алабаме, сами знаете, народ живет.

Большое число не связанных друг с другом видов пресноводной и полусолоноводной пещерной рыбы есть.

Ого, даже такая бывает?

Я бы сказал, такие, потому что они друг с другом никакого отношения не имеют. То есть просто общий образ жизни их сделал похожими: белесыми, слепыми. Причем, например, у некоторых видов есть как бы пещерный подвид слепой и поверхностный подвид зрячий. Например, у некоторых видов сома есть специальные пещерные подвиды слепые.

А мы как?

Да, но, между прочим, слепота и бесцветность для пещерной рыбы — это не единственная адаптация к жизни. Во-первых, у них достаточно крупные плавники. Связано это с тем, что практически все виды троглобионтов имеют низкий метаболизм и стараются всячески экономить энергию. Понятно почему: там особо не разгуляешься, и надо, так сказать, экономить всячески.

И глаза отмирают не просто потому, что не нужны им, а потому, что глаза потребляют энергию. Пигментация, например, тоже потребляет энергию. Поэтому, если она не нужна, потому что все равно там ничего не видно и света нет, чего пигмент-то вырабатывать? Вот мы, например, с вами пигментированы, если вы не альбинос и не страдаете тяжелой формой витилиго. Для чего, собственно, Ауралиен?

Чтобы не обгореть на солнышке?

Правильно, да. Поэтому те, кто, например, альбинос и страдает витилиго, должны десять раз подумать, прежде чем на солнце высовываться. А те, кто приспособлен к жизни в жарких условиях, те, как правило, имеют повышенную пигментацию. Да, вот, собственно, чтобы эти пигменты не вырабатывали расходов — они же не бесконечные, — они от них и отказались.

Потом, например, у пещерной рыбы может не быть плавательного пузыря просто потому, что они малоподвижны.

А как же на плаву держится такая рыба?

Они по дну шкерятся. Почему они малоподвижны? Потому что они подбирают то, что там на дно упало.

Понятно.

Больше все равно там ничего нет. Вот поэтому. Могут не иметь чешуи, или частично не иметь, или полностью. Есть некоторые виды, которые вместо глаз оставили кое-какие нервные окончания и реагируют на свет. И, кстати, света они боятся и тут же убегают, потому что здраво предполагают, что ничего хорошего для них этот свет не несет.

Зато они обладают более развитой электрочувствительностью.

Ух ты.

Да. Рыбы в целом способны чувствовать электрические импульсы от сокращения мышц в округе. Вот боковая линия там и все такое. Особенно это можно заметить по электрическим рыбам, которые разработали, наоборот, атакующее оружие. Так вот, для подземной рыбы тоже характерно развитое электрическое чутье.

Почему они еще ведут такую жизнь? Потому что во многих случаях они являются альфа-хищниками. Просто потому, что никого более крупного и опасного для пещерной рыбы там, собственно, и нет. Беспозвоночные, моллюски — кого им там бояться-то? Акул под землей в пещерах нету.

Слушай, а кого они там электричеством-то…

Они чувствуют электрические сокращения от, допустим, мальков другой рыбы или всяких там прочих. То есть они таким образом других ловят.

Да, да.

Ну и плюс они чувствуют еще и колебания воды мельчайшие. Могут подолгу не жрать ничего из-за того самого замедленного обмена и экономного образа жизни. Потому что там никогда не знаешь, когда тебе что попадется.

Ну да, там нужно, наверное, голодать какое-то время в этой пещере-то.

Некоторые виды способны, подобно, например, акулам, в случае если еды много, нажраться впрок хорошенько и на этом успокоиться на некоторое время.

Ага.

Да. Как я уже сказал, их там огромное количество. Все они, в общем, именуются по традиции, которая создалась еще до нормальной классификации пещерной фауны. На самом деле там чего только нет: карповые, разные семейства гольцов, как я уже сказал, разные семейства сомов, некоторые виды угрей, некоторые виды бычков, насколько я помню. Еще там кто-то был. Причем часто, по-видимому, это очень сильно изменившиеся и отошедшие от своих родственников с поверхности рыбы из-за вот этой конвергенции.

Так что вот так вот. Распространенный, например, питомец у американцев, которого они называют слепой пещерной рыбой, — мексиканская тетра. Из-за того, что она такая вся полупрозрачная. Если бы карась был бесцветным и полупрозрачным, выглядел бы довольно симпатично. Поэтому его и разводят.

Для аквариума?

Да, да. Практически все эти семейства имеют весьма ограниченную численность. Мы даже не знаем, некоторые из них вообще существуют на данный момент или нет, потому что их очень давно никто не видал. А почему не видал — неизвестно. То ли они вымерли, то ли просто не попадаются. Не будешь там сидеть годами и ждать их.

Кроме того, как я уже сказал, пещера — это в целом очень такая тонкая, выверенная система, и малейшие изменения из-за чего-нибудь… Ну, допустим, из-за того, что увеличился забор воды на какие-нибудь там хлопковые поля на поверхности, и меньше стало попадать воды через пещеры, и меньше стало промывать там всяких, допустим, химических веществ из горной породы, слегка поменялся химический состав воды, а там уже половина популяции взяла и крякнула от этого.

Вот так номер.

Так что с этим, к сожалению, приходится считаться.

Много живет и насекомых всяких в пещерах. Например, ряд, скажем, питающихся навозом жуков. И не только. Например, прямокрылые тоже нередко встречаются в пещерах. Прямокрылые, если кто не понял, — это всякие кузнечики, сверчки и прочая саранча.

Да, то есть, например, в Таиланде в пещерах живут пещерные сверчки и питаются там пометом от всяких…

Кошмар.

Да. Также живет достаточно большое количество пещерных жуков, пещерных мух, потому что и те и другие, как вы знаете, часто интересуются всяким навозом. Соответственно, этих мух часто ловят сами живущие там птицы и летучие мыши. Получается такой круговорот.

Что интересно, некоторые из насекомых, живущих в пещерах, могут сохранять зрение. Потому что, как я уже сказал, некоторые животные, вроде червей, могут излучать свет. Поэтому самые светозрячие их и вылавливают.

Еще интересно то, что для многих видов, даже, скажем, двукрылых, читай — мух пещерных, и жесткокрылых, то есть жуков, характерна редукция крыльев.

То есть им не надо там летать особо?

Да, там летать некуда и незачем. Летать, понимаешь, нужно, когда вам можно на десятки километров летать. Допустим, стрекозы могут на 70 километров от своего пруда улететь, охотясь на всяких мушек, и это для них вообще даже не сильно далеко.

Ну так номер.

Да, но в пещере-то тебе, конечно, так далеко перемещаться не надо. Ну, собственно, зачем тогда нужно? Не забывайте, что полет — это самый энергозатратный способ перемещения, известный в живой природе нашей планеты. Гораздо экономнее ползать, еще лучше плавать. Почему, собственно, столько водоплавающей живности в пещерах.

Да, хотя другие, наоборот, сохраняют крылья и летают, имея такую очень специфическую нишу пещерных летунов. Для них также характерно широкое использование всяких феромонов, химических веществ, которыми они, например, могут прыскать на врагов или помечать ими какие-нибудь там территории свои, привлекать партнеров для спаривания и так далее. Просто потому, что там иначе ничего ты не найдешь и не привлечешь, кроме как по запаху.

Да. А что, собственно, касается этих самых млекопитающих-то? Есть ли постоянно живущие в пещерах под землей слепые какие-нибудь?

Наверное, да.

На самом деле живущих чисто в пещерах млекопитающих науке до сих пор не встречалось.

Да?

То есть, так сказать, можно, конечно, посчитать некоторые виды, которые проводят практически всю свою жизнь в норах, типа голого землекопа, за пещерную живность. Или, допустим, кротов тех же самых. Потому что как вообще живет крот? У крота есть гнездо под каким-нибудь пнем или живым деревом, как вариант. Смысл в том, что там никто вдруг не начал ничего копать. По крайней мере, чтобы для этого плана сначала его выкорчевать, а потом уже копать, а за это время крот уже поймет, что к чему, и свалит.

Да.

Вот, соответственно, у поверхности он показывается только для того, чтобы кормиться, потому что там он проделывает так называемые кормовые ходы. Нужно ему это для того, чтобы в них заползали дождевые черви, всякие личинки жуков и прочих. Он и на жука охотится, и на паука. А он, ползая по дозору, будет их отлавливать и сжирать. А из некоторых, например из тех же червей, делать консервы на зиму: голову им откусывать, отчего они парализуются, и хранить их в специальной кладовке.

На поверхности кроту делать абсолютно нечего. Попадает он туда в основном чисто случайно. Или, как вариант, почуяв что-то вкусное там на поверхности, например бегающих жучков каких-нибудь. Потому что у крота нет выбора: 15–16 часов не поел — дал дуба.

Ух ты.

Поскольку я вот сказал, что полет — это самое энергозатратное, так вот рыться под землей, наверное, еще хуже, чем летать, потому что тебе надо пробуриваться через грунт. Это требует усилий, поэтому нужно постоянно есть. Не поел — все, умер. Из-за этого же кроты, например, не терпят за пределами периода размножения никого из своих сородичей.

Потому что объедать будут.

Потому что, да, этот огород слишком тесен для нас двоих.

Да, и начинается кротовая драка.

Начинается кротовая драка, в ходе которой проигравший, скорее всего, пойдет на корм победителю.

Ух ты!

Если успеет ноги унести. Да, они вообще без всяких…

Например, на поверхности крот может оказаться, если он понял, что над ним гнездо какой-нибудь птички, не знаю, там малиновки или кто там еще гнездится на земле. Так вот, он вылезет и там всех тоже распатронит.

Какой суровый.

Да, он такой. Ну а это просто глубинный собрат ежа, по сути.

Не мы такие, жизнь такая, говорит крот.

Ежи тоже вон ошиваются там в корнях деревьев, тоже хреново видят, но это их проблема. Они-то не подземные, а вот крот как раз под землю ушел. А так-то он их довольно близкий родственник.

Ну или, допустим, скажем, уже упомянутые землекопы, вот эти голые. Они тоже ничего не видят, лишены пигментации, живут какими-то очень странными… А, кстати, они тоже неотенические, я вспомнил.

Да?

Да. Так что житье там, где не проникает свет, оно, походу, как-то влияет. Факт в том, что голые землекопы живут очень странным, ульеобразным каким-то обществом, где есть, значит, царица-матка, которая заметно крупнее, чем обычные самки, за счет того, что у нее, когда она становится этой самой маткой, разрастаются хрящи между позвонками и ребрами, и она тупо делается здоровенная за счет этого.

Представляешь?

Вон как.

Вот. Кроме того, они здорово приспособлены к отсутствию кислорода, изменяют обмен веществ и переходят на бескислородный гликолиз. Представляешь?

Круто, что сказать.

Да, живут весьма долго. Считается, что рекордом было 37 лет. Считается, что они практически не болеют раком, что очень нетипично для таких долгоживущих тварей. Их поэтому сейчас усиленно изучают, потому что сейчас же идет во всех странах, которые до этого доросли, работа над всякими вакцинами от рака, так называемыми.

Поэтому их сейчас изучают. Помимо того, что у них есть матка, они еще и формируют такую кастовую систему, вроде муравьев. Например, моча матки делает стерильными окружающих других младших самок. Те, которые мелкие, бегают и ищут там всякую еду, копают, роют, чинят всякие завалы. Те, которые больше, проделывают крупные тоннели. А самые суровые из них — это солдаты, которые бьются со всякими врагами, которые могут покуситься.

Едят всевозможные клубни и коренья, что там можно найти. Также воюют со змеями, которые на них нападают в норах. Иногда на них также охотятся крупные барсуки. Но тут тоже, знаешь, кто еще кого прибьет. Барсук, конечно, суров, но барсук всегда охотится либо один, либо с каким-то товарищем. Например, в Северной Америке барсуки склонны охотиться с койотами. Практически в сказках дядюшки Римуса: пошли братец Барсук и братец Койот поохотиться.

Так что, как видите, подземная жизнь — это вам не шутки. Придется быть слепым, бледным, в большинстве случаев с медленным обменом веществ и нередко неотенической формой жизни. Мы, конечно, тоже неотенические, но все-таки не до такой степени.

Поэтому, собственно, почему я и упомянул, что в спелеологии очень важно ни в коем случае не оставлять ничего, в том числе следов своей жизнедеятельности в пещерах, потому что там чрезвычайно хрупкая экосистема, и вы можете своей мочой там все совершенно испоганить в биологическом смысле. Зверушки передохнут.

Вот так вот, да.

Так что будьте ответственны. И на этой наставительной ноте будем заканчивать.