В этом выпуске мы рассказываем о преступлениях корпораций - зараженном арахисе и фальшивом анализе крови, отрицании связи между курением и раком легких, продающих вредные для печени БАДы пирамидах и Ленском расстреле рабочих.

В этом после-шоу Аур ждёт завершения ремонтных работ, а Домнин играет в видео-игру Little Witch in Woods. Далее Аур делится впечатлениями от демок Heroes of Might and Magic: Older Era и Mechanicus 2, а Домнин рассказывает про улучшения осады в Dwarf Fortress.

Транскрипт

Транскрипты подкаста создаются автоматически с помощью системы распознавания речи и могут содержать неточности или ошибки.

Привет, друзья! Вы слушаете 625-й выпуск подкаста «Хобби Токс», и с вами его постоянные бессменные ведущие Домнин и Ауралиен.

Спасибо, Домнин! Итак, от тем боевитых и кинематографичных переходим к темам не менее зловещим, но более корпоративным. О чём же мы, Домнин, поговорим сегодня?

Поговорим мы сегодня о злодеяниях корпораций. Мы уже вам рассказывали немало обо всяких Enron, Lehman Brothers и прочих компаниях Южных морей, которые раздували щёки и доказывали, что у них там миллиарды и всё остальное. А потом вдруг оказывалось, что всё это было манипуляцией с отчётностью, что аудитор застрелился, что бухгалтер сел в тюрьму и так далее, и тому подобное. Люди остались без денег, потому что всё это, по сути, было мошенничеством по принципу схемы Понци.

Но вообще корпорации совершали гораздо более интересные преступления. Достаточно вспомнить, допустим, колониальные компании, которые использовались европейскими странами, чтобы осваивать всякие территории в странах Азии и Африки. Устанавливали там абсолютно хищнические порядки. Особенно гнусно прославленным получилось Свободное государство Конго.

Да, бельгийское.

Да, бельгийского короля, как очень любят бельгийцы. Бельгийцы, все как один бельгийцы, говорят, что это короля именно, а не их.

Да, чтобы как-то себя отделить от хищнической эксплуатации этого региона, где люди были обязаны сдавать каучук и всякое другое хорошее, что там было, по определённым нормам за бесплатно. Кто не сдавал, тем отрубали руки и ноги. Неплательщикам налогов посылали специальные группы коллекторов, набранные из людоедских племён, которые их могли просто съесть. Их детей убивали, присылали им всякие тоже руки и ноги от них. Самая варварская эксплуатация.

С корпорациями всё всегда было непросто. Достаточно вспомнить, что, например, в XIX — начале XX века во многих странах существовали такие вещи, например, как корпоративные города и корпоративные деньги. И корпоративные же правоохранительные органы.

То есть, с одной стороны, понимаете, дело не в том, что главами компаний всяких горно-, лесо- и прочих добывающих сидели какие-то просто злодеи, которые только и думали в стиле: что бы такого сделать плохого? Ух, как я зол, эх, как я зол. Просто, например, те же самые корпоративные городки, деньги, лавки, полиция — они были вызваны необходимостью. Потому что это были в основном всякие глухие и дикие места, а современных технологий многих не существовало.

Вот, допустим, у нас в каком-нибудь отдалённом регионе есть шахты какие-нибудь. В Дакоте там какой-нибудь условной, в Вайоминге, в Монтане, далеко. И на эти шахты нам, соответственно, нужно работников оплачивать. А кроме того, надо, чтобы эти работники где-то могли жить, чего-то могли есть, пить, как-то развлекаться вообще, чтобы какие-нибудь там бандюганы на них, например, не напали и не отняли у них заработанное тяжким трудом. А как это сделать, если во всём округе только формально действуют власти США, а реально ничего этого нет? И в США, например, вообще по сей день нет никакой федеральной полиции как таковой. Вся полиция — она города, округа, штата, чего угодно, и зависит сильно от местных поступлений. А где ничего нет, кроме этого нашего шахтёрского посёлка, там и поступлений тоже нет, и некому эту полицию организовывать, и всё такое прочее.

То есть, Домнин, хочешь сказать, там царит беззаконие?

В общем-то, да. Outlaw country, как говорили в США. И половина территории США в конце XIX века таковой и была, по сути.

Класс.

Следовательно, нам нужно силами нашей компании мало того, что эту шахту возвести, мало того, что найти где-то на восточном берегу, допустим, желающих ехать что-то там копать, — с этим, в принципе, проблем нет. Ирландские мигранты всякие прибывают каждый день пароходами, надо куда-то деваться, мы их прям встречаем там. И мы их везём за свой счёт туда, потому что, когда они поедут, у них ничего нет. Мы их там селим в корпоративные дома, которые нами построены, за которые вычитается определённый с их зарплат процент, безналичным расчётом, как говорится.

Вот, допустим, наступает время зарплаты. Мы им должны заплатить деньги. Вот, например, сейчас я тоже глава корпорации, вообще-то говоря. У меня есть производственные площадки не в Москве, а достаточно далеко, надо ехать. И мне нужно два раза в месяц платить деньги своим сотрудникам в этих самых отдалённых промышленных городках. По-старому, как в XIX веке было принято, мне приходилось бы садиться на какой-то транспорт, брать чемодан с деньгами, ехать туда и, собственно, выдавать это всё. И сделать так, чтобы тебя ещё не ограбили по дороге.

Да, по дороге, чтобы тебя не гопнули, не перехватили.

Соответственно, я этого не делаю, разумеется. Я делаю сейчас что? Я просто своему бухгалтеру говорю, чтобы перечислила деньги через банк на счета, указанные моими сотрудниками в заявлении на заработную плату: прошу переводить туда-то. Они могут там, в принципе, какое угодно указать, свой счёт, проблем никаких. Но вот в XIX веке, допустим, ничего этого ещё не было. Более того, деньги были не только бумажки, но ещё и обеспеченные золотом, серебром, и даже были драгоценные серебряные всякие там рубли, золотые десятирублёвики, кстати, у нас были до революции царские. Это, соответственно, надо было, опять же, грузить в мешки на поезд и с вооружённой охраной ехать и всё это вручать.

По дороге нас подстерегают всевозможные Джесси Джеймсы, Дикие Билли, Бутч Кэссиди с Сандэнс Кидом, скачут мимо железной дороги на конях, замотав морды масками, палят из оружия и револьверов и пытаются денежки у нас отобрать. И, между прочим, небезуспешно пытаются. Запрыгивают на ходу в вагоны, мешки хватают, выкидывают. Поди их потом сыщи. И наши люди остаются без денег.

Безобразие.

Да. Кое-что можно решить при помощи безналичного расчёта. То есть нам приходится открывать самим, корпорации, лавку с товаром в нашем корпоративном городке. И, соответственно, всем жителям просто заводить там счета, на которые записывается в книжечку зарплата. Они туда пойдут и купят всякое разное, и просто из книжечки вычтут. Как в сёлах бывает, где тетрадку в сельмаге заводят: кто там подсолнечное масло брал, кто хлеб, кто колбасу. И в день зарплаты все идут и рассчитываются.

Можно так делать, но в городки приезжают всякие разные другие купцы-молодцы, всякие караваны приходят. Цирк, кстати, может приехать. В США стационарные цирки появились достаточно поздно, позже, чем у нас, например.

Да даже у нас тут, думаю, цирк недавно был какой-то немецкий, причём написано было, что принимает только кэш. А вот догадайтесь сами, по каким причинам.

Потому что воровство, уход от налогов, отмывание бабла и прочие дела. Так всё устроено в цивилизованной Европе, бывает. Цирковая вольница всегда была такая.

В Штатах из-за этого, например, коулрофобия, боязнь клоунов, очень распространена.

Потому что эти клоуны сегодня клоуны, завтра ты у них будешь клоуном.

Наши рабочие хотят пойти в этот цирк. И они пойдут, если там написано cash only. Значит, приходится выписывать свои корпоративные денежки, бумажки, и идти к владельцу цирка договариваться с ним, чтобы он их принимал. И, соответственно, когда он там в Нью-Йорк приедет, у него эти денежки-бумажки обменяем на американские доллары.

Настоящие бумажки.

Да. И всё это получается вроде хорошо и здорово, но тут бац — кризис в отрасли у нас вышел. Бывает такое.

Такое вот.

Да, бывает такое. И получается, знаете, что надо резать косты, надо откуда-то брать деньги. Цена на руду, опять же, упала, и вообще всякая дефляция, всякая ерунда такая. Поэтому нам приходится немножечко повысить, например, плату за жильё в корпоративном городке, немножко повысить цены в корпоративной лавке, чтобы не снижать зарплату. И как-то выходит, что рабочие этим не совсем довольны. И даже начинают галдеть, чего-то буянить, на улицах собираться.

Мы им говорим: вы работать не хотите, так не надо. Заставляет кто-то? У нас тут рабовладение, что ли, не отменили? Идите, свободны отсюда совершенно. А они, зараза, не уходят. Они вместо этого сидят у входа в шахту и говорят, что никуда не пойдут. Так-то мы бы в Нью-Йорке или в Бостоне ещё три парохода ирландцев уже дожидаются, которые готовы на такую пойти работу, какая есть. А эти заразы просто… Мы их привезли, самое главное, этих новых, а они их там всякими палками, камнями, бутылками всех просто прогнали, и всё. Что же нам делать-то?

Приходится вызывать корпоративную полицию, усиливать её агентами Пинкертона, который только рад снабдить нас достаточным количеством товарищей с ружьями. И всю эту зубоскальскую просто залп, залп — расстреливаем. Кто не убит, те разбежались. Трупы выкидываем в реку или куда-то, закапываем. И вот новые приехали и будут работать.

Если вы думаете, что это всё только где-то там, на Диком Западе, то я вас расстрою. Дикий Запад был у нас в том числе в Российской империи. Про Ленский расстрел слыхал?

Название знакомое, но подробностей я не знаю.

Была такая у нас компания — Ленское золотопромышленное товарищество. Кстати говоря, значительной частью принадлежала компании Lena Goldfields, зарегистрированной в Лондоне. Вы поняли. Англичане везде лезут.

И поначалу там всё было хорошо и здорово. Рынок позволял на этих золотых приисках, во-первых, платить достаточно большую зарплату, на которую в европейской части России многие шли. То есть условия были хорошие в том смысле, что тебе сразу выдавали авансом полугодовую зарплату, какую ты мог иметь тут, в Москве.

То есть из европейской части шли туда, имеется в виду.

Да, потому что в Сибири никого нет.

Да, да. То есть можно было за эти деньги заманить кого-то из европейской части России туда.

Да. Кроме того, можно было разрешать: вот они поработали там свои, допустим, 12 часов, как это теоретически должно было быть, или даже 11, если зима на дворе, то после этого у кого ещё есть желание и силы, они могли продолжать работать, так сказать, частным порядком. И не за зарплату, а сдельно. То есть что-то там накопал — ты просто сдаёшь, получаешь по накопанному, по расценкам.

Понятно, что такие сказочные условия, изначально, напоминаю, были неспроста. С того, что надо ехать бог знает куда, в зоне вечной мерзлоты работать, между прочим, где холодно, постоянно затапливает всё это водой. Её, конечно, откачивают, но это означает просто то, что ты работаешь по колено в воде. Холодной, понятно. Она же из вечной мерзлоты.

И тут началась проблема с всякими там биржевыми и прочими делами, цены там и всё такое. Так что пришлось опять же резать косты, запрещать, например, вот эти вот сверхурочные работы частным порядком, экономить на том, что продаётся в корпоративной лавке. Считается, что началась вся тема с того, что мясо с червями.

Товарищ, мясо с червями, да.

Товарищ, опять мясо с червями.

Да что ж такое, идиоты, это не мясо с червями, это макароны по-флотски. Как в известной юмористической сценке в «Городке» было. Но, как видите, проблема мяса с червями, она не только на флоте, на броненосце «Потёмкин», была, но и примерно в те же годы на шахтах тоже. Слухи быстро поползли, что там мясо чуть ли не с червями, а с огнедышащими драконами. Другие какие-то дураки начали разговаривать про то, что подают не обещанную говядину, а конину. Третьи уже из этого раздули, что не то что конину, а конский член нашли в котле. Тут мы не можем их осуждать, потому что житьё в таких скотских условиях было обещано за одни деньги, а теперь почему-то за какие-то другие деньги. Плюс ко всему рабочее время усилили.

И всё это понеслось. Стали требовать, чтобы было всё лучше, работать меньше, платить больше, чтобы были выходные, чтобы, например, к работникам обращались не на ты, а на вы, а тех, кто хамил из числа администрации, выгнать. Ну и кончилось всё это просто тем, что стража местная, корпоративная, расстреляла эту забастовку. Без затей.

Без затей, да.

Считается, что убито 170 человек было, а 200 человек ранено. Командовал расстрелом ротмистр Трещенков из жандармов. Тут надо, правда, делать скидку на то, что в этих малонаселённых отдалённых губерниях все эти жандармы и прочие работали на пяти разных ставках и занимались кучей разных дел. Помимо того, что жандармами командовать, это отдельная совершенно тема. Но ещё и, по-моему, в местной полиции был каким-то то ли замначальника, то ли ещё каким-то, но, по-моему, из-за того, что начальников никаких то не назначали, то они не могли приехать, он реально всем руководил. Получилось, видите, вот такое массовое убийство из-за того, что люди не хотели работать в скотских условиях.

Да.

Да. И, собственно, что было дальше, я думаю, все знают. Некий Ленин, как считается, взял псевдоним в честь, а может, и не в честь, а просто совпало. Факт тот, что в дальнейшем у компании Lena Goldfields и прочего частного капитала в России как-то не складывались дела ещё очень долго.

Из таких более травоядных случаев, но тоже имеющих многолетнюю историю. Мы вам как-то, когда рассказывали про историю рекламы, например, упоминали возмутительные всякие практики, которыми в старинные времена рекламировались такие опасные для здоровья вещи, как табак, кокаин, героин и всякое такое.

Это вообще класс, конечно, да.

Всякие там рекламы с младенцами, которые спят, и у них зубки не болят режущиеся, потому что им дали капельки с кокаином. Или всякие там беременные дамы с сигаретой, с припиской «Мягкий вкус», которые так нравятся беременным. Сейчас за такие рекламы бы просто разорвали в мелкие клочья.

Вы могли заметить, например, что, когда мы были маленькие, знаменитая фотка, где расстрелян в 93-м Белый дом, и билборд на переднем плане с какими-то сигаретами, забыл уж какой марки, с рекламным слоганом «Свидание с Америкой» и статуя Свободы такая на фоне.

Да, в 93-м свидание с Америкой удалось по всем показателям, конечно.

Но факт в том, что вы помните, что в 90-е действительно реклама сигарет висела везде. На этом делались целые бренды. То есть, несмотря на то, что слепое тестирование показывало, что курильщики плохо различают массовые бренды сигарет, несмотря на все свои разговоры про то, как они любят LM или Parliament условный…

У меня, кстати, как-то раз сельские ребятишки, когда я завёл разговор про парламент, и я им говорил, что это законодательный орган, обозвали меня идиотом, что это марка сигарет. Что, не знаешь, что ли? Тупой, что ли?

Так вот, помните, да, все эти тщательно выстраиваемые имиджи. То есть предполагалось, с точки зрения рекламщиков, что продаётся не пачка сигарет, а продаётся некий образ. То есть, например, кто курит Marlboro? Очевидно, крутые ковбои.

Да, такие суровые мужики, в шляпах, в джинсах, в клетчатых рубашках, на конях, в закат.

Премию, значит, с точки зрения пародий и рекламы в каком-то году, в нулевых, что ли, получила картинка, где в закат уезжают два силуэта ковбоев и подпись: «Bob, I got cancer». То есть Боб умер. А Camel курят суровые путешественники и всякие. Они проводили у нас туда же, в России, и не только у нас, я просто говорю, что даже у нас докатилось, состязания спортсменов и туристов всяких — Camel Trophy, то есть на приз Camel.

Я читал просто одного журналиста, который полез туда участвовать, понял, что это ему явно не по плечу, но сумел напроситься в качестве корреспондента.

Да, просто чтобы участвовать, нужно было прыгать через всякие костры, преодолевать овраги в 30 метров глубиной на каких-то верёвках. Там можно было убиться уже на этапе подготовки.

Так вот, но вы скажете: подождите, а как же так? Ведь ещё с XIX века ходили разговоры про то, что курение опасно для вашего здоровья. И у нас ещё с бог знает со сталинских каких-то времён на пачках обязательно писалось, что Минздрав предупреждает: курение — это яд.

Я думал, водка — это яд.

Курение тоже яд. У нас бюджет был на водке завязан. Но, впрочем, мы уже про это рассказывали недавно, потому что у нас тоже был пьянству бой.

Трезвость — норма жизни. У меня дома какая-то брошюрка была, где-то всё это расписывалось. С главами типа «Как щупальца спрута», «Без вины виноватые», всякие, ужас был. А всё из-за того, что брат Раисы Максимовны прибухивал, по слухам.

Суть в том, что если мы откроем книжку британского, шотландского на тот момент, и английского — они ещё не успели объединиться — короля Якова I Стюарта, то там будет написано, что табак вреден и для носа, и для горла, и для того, и для сего. Просто разгромил табакокурение. Цельный король даже книжку написал.

Да.

И тем не менее весь XX век шла яростная борьба табачных компаний против того, чтобы признавать, что табак в целом вреден.

Да. Это не мы, говорят. Всё тут само образуется, всякие гадости.

Мы уже упоминали эту рекламу. Реклама и вообще вся эта политика у них была чётко спланирована. И на неё тратились миллионы долларов, на то, чтобы бороться с вот этим вот всем. Причём основной упор был сделан именно на сигареты. Почему? Потому что сигареты в XX веке стали самым массовым, выгодным для табачных компаний продуктом. Потому что курение трубки да и сигары требует, во-первых, высококачественного табака. Во-вторых, оно плохо механизируется. Большинство сигар сейчас делается путём скручивающих машинок этих, но, поверьте мне, вы это не хотите курить. Нормально курить можно только сигары, которые, так сказать, totalmente a mano, сделаны человеком. Где-нибудь там на Кубе. Для Кубы, знаете, я пока ещё не разбогател настолько. Никарагуанские периодически потребляю, где торседоры, или скорее торседориты, это женская работа сейчас, сидят и крутят это всё дело.

Это раз. Во-вторых, курение сигар и трубок в том числе не так выгодно в том смысле, что это другая привычка. Это другой, так сказать, environment. Потому что, чтобы курить сигары, вам надо сесть дома в кресло, её обрезать, раскурить, сидеть и полчаса попыхивать. То же самое, в общем-то, с трубкой. А так, как это с сигаретами, я думаю, все, кто работал в офисе, все видели, как курильщики себя ведут. Всё время чуть ли не каждый час они подорвались, и все побежали на какие-то задворки, крылечки, чердаки и помойки, чтобы там быстрее что-то всосать с такими минами, как будто их расстреляют через пять минут и не дадут докурить, и убегать обратно. Соответственно, можно выкурить по пачке в день. А то и полторы, или две, как вон Баклажан в художественном фильме «Жмурки». То есть сигаретами возможна такая выгодная для производителя вещь, как chain smoking. То есть, по-русски, это курить одну за другой, прикуривая от окурка и продолжая непрерывное курение.

Плюс на сигареты идёт самый дрянной вообще, то есть просто даже на самом деле не могущий называться таковым табак. Всякие ошмётки какие-то там, пропитанные чёрт-те чем, огрызки. Табак второго сорта идёт на сигариллы и такого рода более дорогие вещи, которые предполагается курить тем, кто хотел бы курить сигару, да денег нет.

Ну так вот, соответственно, какие только хитрости не применялись, чтобы увернуться от всего этого. Потому что, понимаете, хитрость тут в том, что, ну да, признали, ну вредно. И что? Водка тоже вредна. А вот если это вредно, то что же мы рекламируем это всё в газетах, которые могут читать дети? Почему мы это показываем по телевизору в часы, в которые все смотрят? Это же опять-таки дети будут смотреть. Почему мы, так сказать, не предупреждаем то, что тем же беременным нельзя курить?

А надо вам сказать, что беременные, если им не внушать это, беременные такие делаются капризные. Им всё время что-то хочется, и многим хочется курить одну за другой. Не то огурцов пожрать, не то покурить.

Да, шпалы понюхать.

Я их в этом совершенно понимаю, потому что я люблю ездить в метро даже, если можно как-то этого избежать и поехать в автобусе, просто потому что мне нравится запах креозота от шпал. У нас ещё не все сменили, поэтому до сих пор пахнет. С детства люблю.

Так вот, соответственно, всё это приведёт к серьёзным ограничениям, ограничениям рынка и падению прибыли. А капитал, как известно из той цитаты, при определённых прибылях готов пойти на любые преступления. Поэтому с конца XIX века и весь XX велась яростная кампания, которая, к счастью, завершилась полным провалом. Правда, что-то я не вижу большого стяжения числа курильщиков от этого. Но, возможно, без этого их было бы ещё больше.

То есть в целом кампания со стороны продавцов табака выглядела так. Во-первых, пока это было можно, всячески в рекламе педалировать то, что какой-нибудь там, не знаю, Уинстон Черчилль курил-курил и сколько лет прожил. То, что Уинстон Черчилль прожил не совсем на такие деньги, на которые мы с вами живём, и то, что он курил не совсем ту пакость, которую в сигаретах нам впаривают, — это всё как-то игнорировалось.

Следующее — это врачи. Вообще дело врачей, так сказать, в американской рекламе цвело и пахло вплоть до практически современных уже лет. Потому что, например, когда White Castle только начинали всякие фастфуды свои с гамбургерами, которые сейчас превратились в сиротинные «Макдаки» и прочее, они нанимали специально людей в белых халатах, чтобы они ходили и ели у них, изображая, что врачи тоже это едят.

Ага.

А соответственно, табачники постоянно педалировали в рекламах, например, что вот там такой-то доктор, вот он такой весь молодец и курит при этом какие-нибудь Marlboro, потому что он знает, что это не самое вредное. Или, допустим, Camel запускал рекламу в 52-м: «Больше докторов курит Camel, чем любые другие сигареты». И такой доктор с седыми висками в белом халате с сигаретой сидит и глядит на нас. И как бы говорит: а вы что, не курите ещё? Возможны рассказы про то, что Chesterfield, например, реклама тоже из той же поры, — никаких плохих воздействий на нос, горло и синусы в группе, которая курила Chesterfield, докладывает медицинский специалист, который регулярно обследует курильщиков.

То есть они сразу сделали ставку на то, чтобы не только морочить голову белыми халатами, но и размывать всякие исследования и научные работы, доказывающие, что капля никотина убивает лошадь, чем-нибудь другим. Шло в ход всё: всякие жульничества с методологией, с выборкой, просто высасывание этих исследований из пальца, когда и на свете этих курильщиков якобы здоровых, как быки, не было. Либо так называемые junk-исследования. То есть когда исследования как бы велись, и даже всё было, но они приходили ко всяким дурацким выводам, нелепым и ничего, собственно, не сообщающим, чтобы просто снизить общественное доверие к какой-либо науке и создать впечатление, что наука сама ничего не понимает.

Все эти исследования велись, разумеется, не напрямую как заказанные табачными компаниями, а обычно через всякие прокладки. Ну вот как сейчас ведутся всякие НКО, которые называются «Молодёжь за демократию», их спонсирует институт Бенджамина Франклина, а институт Бенджамина Франклина спонсирует фонд за мировую свободу, а фонд спонсирует Джордж Сорос. И вроде как Сорос где-то потерялся на этом пути.

Потом настоящие исследования, которые действительно вели табачные компании, показывали как раз, что всё ужасно. Что курение вызывает зависимость, что никотин — это, собственно, яд, что помимо воздействия никотина есть ещё и серьёзная проблема с другими негативными влияниями от курения. Во-первых, это смолы, которые содержатся в табаке. Листья такие, знаете, у них смолистые. И, соответственно, эти смолы оседают в дыхательных путях, всё это засоряют и так далее. Плюс сами по себе они тоже вызывают рак не хуже, чем никотин. И, наконец, само всё вдыхание горячего вот этого дыма само термически травмирует ваши дыхательные пути, ротовую полость и прочие дела, провоцирует, например, рак ротовой полости, рак языка, печальные последствия для ваших зубов, пародонтоз.

Да, кстати, зубы начинают трескаться, эмаль начинает трескаться, особенно если на холоде ты куришь. То есть снаружи холодно, ты куришь, там горячий воздух вдыхается. То же самое, если вы будете на морозе чай горячий распивать. Это, конечно, на Масленицу здорово — пройтись, прогуляться со стаканчиком, но если будете каждый день с утра до ночи так делать, у вас зубы быстро посыплются.

Ну и давай поясним, как рак-то образуется. Рак образуется из-за того, что у вас происходит ожог дыхательных путей, и там эпителий начинает… Организм-то не глупый, он начинает сам себя лечить, чинить, заменяет этот самый эпителий. Ровно то же самое происходит у вас в пищеводе, когда вы горячие любите напитки пить. Тоже эпителий этот восстанавливается. Или излишне горячее блюдо. То есть эпителий страдает, он восстанавливается. И понятно, что чем чаще он восстанавливается, тем больше вероятность того, что какие-нибудь клетки будут с мутацией. А, собственно, с этих мутаций и начинаются… Битые получаются клеточки, и они потом могут образовываться. То есть с большей вероятностью у вас образуются раковые клетки именно за счёт излишней регенерации. И всё больше риск того, что эта регенерация пойдёт по нарастающей в таком смысле, что она уже потеряет предыдущий смысл. Раковые клетки — бесполезные и вредные для вас. Организм просто не успеет. Организм вообще в норме раковые клетки успевает отлавливать и гасить. Но если их становится слишком много, то он может и не справиться. А тем более вы уже его подорвали своим курением, всяким таким. За счёт этого как раз и возникают эти проблемы с пищеводом, с гортанью и всяким таким.

Соответственно, табачники подумали: так, стоп, мы можем, в принципе, это использовать к благу. То есть никотин, смолы — поняли, хорошо. Значит, смотрите, вот наш бренд сигарет по исследованиям содержит наименьшее количество смол по сравнению с… И практически чуть ли не целебен даже от этого. А не то что вот другие, где действительно, представляете, там смолы всякие и правда вызывают рак. Но это же у них со смолами. А у нас всё в порядке. У нас-то без смол и рака никакого не будет. Или наоборот: наши сигареты содержат меньше никотина, а значит, это чуть ли даже не полезно для здоровья получается в таких дозах, чем вот у этих.

А от этого они перешли к 70-м годам на педалирование темы с лёгкими сигаретами, мягкими сигаретами и сигаретами с фильтром. И всячески показывали, что вот этот фильтр, он там в разрезе, у него там всякие слои, и чуть ли он там не улавливает радиоактивные частицы после атомного взрыва. Выглядит весь такой надёжный, высокотехнологичный, с углём, с ещё там чем-то, каким-то там волокном. И, по сути, это было просто пересаживание людей с папирос на сигареты с фильтром. Как бы, на самом деле, с маркетинговой точки зрения.

Да.

Постоянно собирались всякие там комиссии, где эти владельцы и директора компаний клялись перед судом, что, значит, их сигареты они не считают вредными. В 1994 году был знаменитый случай. Я думаю, фотографию многие видели, где в конгрессе сидят семеро директоров и поднимают руки, клянутся, говорят, что не верят, что никотин или наши продукты вредны.

Ещё одно направление, популярное во второй половине XX века. Все же угорели по экологии, что кругом выбросы, то да сё. Всякие фабричные трубы чадят. Машины везде ездят и чадят тоже, и, короче, всё ужасно, экология кошмарная. Так вот, это в том числе педалировалось табачными компаниями, доказывавшими, что рак весь от выбросов всяких нехороших фабрик да заводов, да автомобилей. И получалось, что многие курильщики тогда по опросам считали, что всякие там кашель и рак лёгких — это всё от того, что загрязнили воздух, экологию испортили своими заводами.

В справедливости ради, конечно, это имеет смысл. Я просто к чему веду? Потому что они всю дорогу не то что прямо врали всем в глаза. Они даже говорили правду. Действительно, там у кого-то и смолы было меньше, а у кого-то чего, и действительно с состоянием воздуха в промышленных городах были проблемы. Все эти тогдашние Лос-Анджелес, Нью-Йорк и Лондон были затянуты смогом. Все эти старинные анекдоты, которые сейчас непонятны… То есть то, что лорд британский столетней давности приходит домой после длительного отсутствия в городе, и дворецкий: как дела-то, сэр? Он говорит: да как, смог. Поздравляю вас, сэр, говорит дворецкий, который понял это как показатель полового здоровья своего хозяина. Короче, сейчас вроде как считается, что это обыкновение максимально задавлено забором. Все эти сказки дядюшки Римуса про то, что вообще виноваты кто угодно, только не сигареты, уже не считаются правдоподобными. Курение придавили очень сильно. Потому что вот смотришь старые фильмы — и все сидят, например, в ресторанах и курят.

Амаяк Акопян, например, даже рассказывал как-то раз, что его пригласили выступать, он пришёл, там какое-то заведение, дым коромыслом, ничего не видно. Он решил, что просто выступать не будет, и ушёл, деньги вернул. До того доходило.

Сейчас курение всё это разогнали, курить нигде нельзя, кроме как у себя дома. И только те, которые ходят в подъезд курить, и то периодически огребают от соседей, не желающих этим дышать. На пачках рисуются всякие рак лёгких и бог знает чего, зубов, импотенцию, облысение, слепоту, и что только не рисуют. Будем надеяться, что это как-то поможет сбавить в дальнейшем вред. Ну и денег это стоит. У нас в Швеции очень высокие акцизы на табачную продукцию. Все эти усилия, все эти выкинутые деньги не были зря, чтобы вот это всё как-то сдержать, затормозить и так далее.

А сейчас и в аэропортах нельзя курить, и в самолётах нельзя курить. А вот я маленький был, помню: садишься в самолёт какой-нибудь Boeing 747, а у тебя может быть невычищенная пепельница в этом самом подлокотнике, и ты весь пеплом обсыпался. Я просто маленький был, я ещё не знал, что это. Весь лез, обсыпался пеплом. Дураки, и бортпроводники ни за чем не следили.

Так что вот так вот. Что радует, то что производители алкоголя почему-то не замазаны ничем подобным. Не пытались доказывать, что цирроз не от водки. Или что пузо не от пива. В этом смысле они чисты, как новорождённые младенцы.

Да, справедливости ради, это скорее имеет культурный характер, потому что мы-то живём… Алкоголь с нами уже тысячелетия, табакокурение хорошо если 500 лет.

Да. А если бы мы сейчас вещали на арабском, мы бы вам рассказывали совсем другие истории, потому что у них-то как раз курение — это вполне себе безобидное занятие. Всякую шишу там.

Алкоголь харам.

Да, алкоголь харам. Вот так вот.

Но, понимаете, сигареты и прочее — это ещё ладно. В Штатах в последние десятилетия из-за специфики местной культуры бушует опиатная эпидемия. Причём эпидемия двоякая. С одной стороны, это, конечно, традиционные торчания на хмуром, на героине. Это употребление новомодного фентанила, который делается буквально из грязи товарищами в Юго-Восточной Азии и Мексике теперь тоже, потому что что, не дураки упускать такое?

Золотое дно.

Золотое дно, фентанил, да. Мы как-нибудь поговорим про современные проблемы наркоторговли в другой раз. Факт тот, что помимо этих…

Ты, Домнин, самое-то главное скажи. Правда, что китайцы его продают в Америку? И это всё лично Си Цзиньпин виноват?

Нет, это всё ложь, враньё и полная клевета. Кошка-жена, иди сделай мне рис.

Да.

Так вот. Но, понимаете, если бы всё это было только руками бандюганов, то это бы ещё как-то можно было принять и преодолеть. Проблема в том, что в США опиоидный кризис раздувается ещё и руками местной фармацевтической промышленности. Традиционно мощной, с традиционно сильным лобби и традиционно культурно принятой. Потому что вот у нас в России, например, у нас есть много всяких пороков, тут и пьянство, и гулянство, и что хочешь можешь про нас сказать, но вот про то, что мы не склонны лечить причины болезни, а склонны купировать только симптомы, — вот этого про нас не скажешь.

У нас, на самом деле, народ, если не брать зубную боль… Вот у нас есть проблема: много народу не хочет лечить зубы, а вместо этого только на спазмолитиках дожидается, когда всё уже просто сгниёт к чертям.

Да, и вывалится само.

Да. Я сам насчёт пары зубов грешен, надо было лечить. Но вот, например, такого, как у американцев с, допустим, психотерапией, которые не хотят проходить, несмотря на все эти фильмы, вместо этого принимают всякие Prozac и прочее, когда детям выписываются с диагнозом СДВГ успокоительные, — это всё продолжение той же порочной практики. Вот раньше кокаином капали детей, чтобы они не плакали на чепчике. Или как у нас отдельные граждане в XX веке младенцам ватку со спиртом клали на подушку, чтобы они ночью лучше спали. Или как в работных домах в Лондоне XIX века давали стакан джина детишкам, чтобы они лучше спали.

Да, класс. В художественном музыкальном спектакле «Суини Тодд, цирюльник с Флит-стрит» там как раз такой мальчик, которого угощают джином, а он оказывается алкоголиком, выжирает всю бутылку и лежит пьяный.

Класс.

Потому что он говорит, что в работном доме, откуда его взяли, вот так было. Так вот, эта порочная практика сохраняется. Причём ладно бы успокоительные, и чёрт с ними. Не хотят они, как Тони Сопрано, пойти к врачу проговаривать свои проблемы — пусть. Успокоительные — ладно. У нас полстраны пьёт всякий фуфломицин типа валерианы, которая не имеет какого-то доказанного воздействия абсолютно. И ничего. Из популярных методов, которые у нас, единственный из доказанных — это вот корвалол. Вот он, да, успокаивает, но злоупотреблять им не рекомендуют. В том числе потому, что он на спирту. Алкашом можно стать незаметно.

Так вот, к чему я это говорю? К тому, что опиоиды как обезболивающие в связи с американской частью культуры, а частью — с характерным местным здравоохранением… Мы напоминаем, что в каждой стране есть медицина и здравоохранение. Медицина в США хорошая, здравоохранение — оно такое. У нас медицина в чём-то похожая, но вот здравоохранение гораздо лучше. То же самое, кстати, можно сказать про Северную и Южную Корею. Медицина на Севере хуже, чем на Юге, а здравоохранение лучше, чем на Юге. В том числе потому, что на Севере никто никого не спрашивает, хотят они прививаться или не хотят, хотят они лечиться или не хотят. Там — фея ложечку за чучхе, ложечку за Кима, и лечатся, и прививаются принудительно.

Так вот, в Штатах из-за того, что многие люди страдают от всяких там неврологических болезней… Вот неврология, да. Допустим, ты межрёберной невралгией не страдаешь?

К счастью, нет.

Я в юности страдал, не знаю почему. То есть бывало так, что стоит мне там вздохнуть или потянуться — у меня раз, и колет в сердце, из-за чего я пугал окружающих. Кололо-то, разумеется, не в сердце, а просто из-за того, что я-то рос, и у меня разрастались межрёберные хрящи, и там нервная система не совсем успевала за этим, и иногда воспринимала это как какое-то поражение, хотя ничего особенного не было. Я из-за этого хватался за сердце, таращил глаза, из-за чего пару раз люди чуть ли не скорую хотели вызывать. Я, слегка отдышавшись, сказал, что ничего со мной нет и сердце у меня совершенно здоровое.

Так вот, в Штатах из-за того, что фармкомпании очень сильно всё лоббируют, включая индивидуальных докторов. А я не хочу сказать, что у нас этого нет. У нас можно таких докторов найти тоже, знаете, которые то свечку у вас будут просить ставить, то какую-нибудь ерунду впаривать вам, за которую индийцы получают плацебо. Но факт то, что плацебо — это плацебо, а опиоиды — это опиоиды. Это две разные вообще вселенные.

И вот было не так давно несколько скандалов, связанных как раз с тем, что, например, популярный медикамент, обезболивающий OxyContin, производимый компанией Purdue Pharma, мягко говоря, обманным с точки зрения маркетинга способом оказался причиной как минимум нескольких тысяч смертей от передозировки и прочих проблем. Ну, то есть люди просто… Опиаты угнетают, в том числе, дыхательный центр. Почему героин изначально пропагандировался как лекарство от кашля? Кашель-то вызывает дыхательный центр, чтобы прочистить дыхательные пути, соответственно. Так вот, при передозировке можно его так угнести, что он позабудет не то что прокашлять, а даже и дышать.

Да, бывает такое.

Да. Спасти такого можно налоксоном или, если всё плохо, постоянным искусственным дыханием. Но я вас уверяю, вы это просто физически не сможете исполнить так, как надо. Поэтому не употребляйте.

То есть, во-первых, агрессивный маркетинг этого OxyContin как менее вызывающего привыкание, чем остальные обезболивающие. Оказалось, что не то что не менее, а не более. Далее. Оказалось, что все эти врачи, которые рвали рубахи на груди, били себя пяткой в грудь о том, как прекрасен OxyContin, оказались, чтобы ты думал, на зарплате у Purdue Pharma.

Кто бы мог подумать.

Да, неожиданно. Потом, для того чтобы этих врачей где-то взять, не каждый врач, скажем так, имеет такую дырявую совесть. Purdue Pharma целенаправленно выискивала так называемых candymen, как это называется в Америке.

Кэндименов?

Кэндимен — это такой сленг для врача, который известен тем, что немножечко злоупотребляет своими полномочиями и прописывает всякие там ненужные или даже вредные пациенту лекарства.

Ага, понятно. Чтобы абьюзить.

Candyman, для тех, кто не в теме, — это значит буквально продавец конфет. Или в некотором смысле не продавец конфет, а педофил, который конфетки детям раздаёт, чтобы их заманивать в тёмные углы. То есть это плохое что-то. И они специально таких вот неэтичных врачей выискивали. Потому что в Штатах, надо вам сказать, действительно не так просто найти врача, который бы чем-то таким занимался. Это обычно всякие странные люди, у которых там какие-нибудь свои проблемы типа зависимости от азартных игр и так далее. Такие, знаете, врачи-убийцы, по сути.

Был лютый скандал с 19-го до 21-го. В итоге Purdue Pharma обанкротилась, семейка Саклер, которая и владела, заплатила миллиарды долларов. И я считаю, что это ещё слабо было. Потому что, как я уже сказал, это пример воздействия фармацевтического лобби. Потому что, напоминаю вам, деньги-то они берут не с самих пациентов, а со страховых компаний. И они рассчитывают, что страховые компании не заметят, что им там нагрузили чёрт-те чем. Это всё сейчас является серьёзной проблемой, потому что Purdue Pharma пошла ко дну, но она одна. Сколько таких не пошло и сколько таких ещё будет — это абсолютно неизвестно.

Потом можно вспомнить, например, такую историю, с врачами и прочим связанную, со здоровьем. Помните, у нас в 90-е годы ходили по улицам в поисках безработных лохов товарищи с надписями «Хочешь похудеть? Спроси меня как».

Ага, ага.

Я говорю про «Гербалайф». У нас «Гербалайф» стал известен как такой brand name для сетевого маркетинга 90-х. В нулевые он уже отошёл, вместо него заняли всякие «Тяньши» и прочее. Мы вам про это рассказывали в выпуске про инфоцыган и всяких жуликов. Не будем повторяться. Факт тот, что напомним просто: сетевой маркетинг подразумевает, что вы некие товары перепродаёте по такой пирамидальной схеме сверху вниз и имеете проценты с тех, кто перепродаёт ранее перепроданное вами вниз, как кикбэк, вверх. Это крайне мутная схема. Она, во-первых, неэффективна экономически, потому что создаёт огромное количество посредников, а это, наоборот, противоречит экономической науке и простейшему здравому смыслу. А во-вторых, связана с тем, что выполняет подмену понятий в смысле того, что люди, перепродающие мусор с рук на руки, получают внушение, что они занимаются каким-то там бизнесом. И всякие красивые для них выдумываются звания. Что, значит, начинаешь ты как независимый предприниматель какой-нибудь Amway.

Да, работаешь на себя, а не на дядю.

Да, не работаю на дядю. Я вот не работаю на дядю — я, честно, только вот вчера почувствовал некоторое облегчение, потому что квартал закончился, третий, с отчётностью и… Впрочем, и то не знаю, сколько это продлится. Лучше работайте на дядю и головную боль оставьте дядям.

Потом, понимаете, в чём дело? Если всякие там продавцы каких-то кастрюль типа Zepter, он тоже этим занимался, они хотя бы продают… В худшем случае кастрюля — это кастрюля. Суп-то сварить в ней можно всё равно. А вот многие из продавцов воздуха любят баловаться всякими БАДами и тому подобное.

Кстати, обратите внимание, что в 90-е годы у нас не было никакой регуляции тоже насчёт БАДов. И БАДы, то есть считай фуфломицины, по сути, продавались как лекарства. И люди рассчитывали, что они реально будут что-то там делать хорошее.

Да. В лучшем случае. В худшем они делают только плохое.

Так вот, из-за того, что хотя они маркируются как БАДы, всё равно люди хотят какое-нибудь чудо-средство получить, с «Гербалайфом», который ставил на похудение, вы можете понять, почему у нас этот «Гербалайф» в итоге так и не взлетел. У нас взлетели другие, те же «Тяньши», с БАДами, потому что у них БАДы направлены на что? Про укрепление костей, иммунитета, что они там оказывают какое-то противовоспалительное, антиоксидантное, противосудорожное, жаропонижающее, ранозаживляющее, общеукрепляющее. В общем, вы поняли. Здоровьем у нас все озабочены. А на Западе гораздо многие озабочены худобой. И вот именно поэтому «Гербалайф» там до сих пор цветёт и пахнет.

Так вот, кончилось всё это, знаете чем для них уже в XXI веке?

Чем же?

Тем, что начался вал сообщений по всем, так сказать, капстранам, начиная от Испании и Швейцарии, кончая США и Аргентиной, и Израилем, кстати, тоже, о том, что почему-то очень многие пациенты с расстройствами печени и печёночной недостаточностью говорили, что употребляли средства «Гербалайфа» для похудания и для всяких…

М-м-м.

Да. И это вызвало всякие исследования и анализы, которые показали, что в продукции, которую «Гербалайф» впаривает, поскольку они herbal, они же все растительные… Надо понять тут ещё такой момент, что для современного человека вот это растительное средство — он такой: вау, круто, естественно. Какое тебе химия? Всё по природе.

Ребят, тут вам надо сказать, что очень многие растения вовсе не для того были созданы матушкой-природой, чтобы лечить вам головную боль и прочие дела. И они имеют побочные эффекты. Вы их можете просто не замечать, потому что вы принимаете их в терапевтических дозах. А при передозировке даже самые целебные травы народной медицины могут вас угробить. Просто. Это уже не говоря о всяких заведомо вредоносных и сажающих всё, что можно, снадобьях. Типа, например, употребления сосновых и не только сосновых шишек.

Не только сосновых, я имел в виду в смысле хвойных деревьев. Не тех шишек, про которые вы подумали. Те шишки вредны, не курите их.

То есть всякие варенья из шишечек вот этих вот. В моём любимом ресторане «Орда» можно чаю с шишками попить. Чаю оно, наверное, ничего, учитывая, что я его хорошо если раз в году пью, ничего не должно отвалиться. Но вот при систематическом потреблении всякого из шишек у вас почки начнут отказывать. Это совершенно уже давно многократно подтверждённое исследование.

Как думаешь, почему?

Почки фильтруют всю эту дрянь.

Нет, это понятно, что почки не пятки. Я имею в виду, почему шишки-то?

Когда мы с тобой ходили в лес по грибы, периодически видели, например, растущие на стволах сосен съедобные грибы нескольких видов.

Не такие уж они и съедобные, если они на дереве растут.

Вот я к этому и веду. Если бы они росли, допустим, на осине, то это было бы хорошо. Но то, что растёт на хвойных деревьях, на тисе, на берёзе, мы вам категорически не советуем есть. Что объединяет эти деревья?

Что?

Они смолистые либо дёгтярные, либо, как тис, имеют свой специфический… Или эвкалипт, допустим. Короче, смолистые они, если так вот одним словом сказать. Смола эта вам не полезна абсолютно. В разных, конечно, пропорциях. То есть, например, если из сосны срубить дом и жить в нём, можно без всякого вреда. То вот из берёзы — нельзя. У нас тут, на Московщине, ещё со Средних веков известно, что из берёзы, которой у нас до задницы просто, дома строить не надо. От этого головная боль и волосы вылезают. Дёготь. Так что всё, что растёт на ней, будь то грибы или шишки, тоже имеет какую-то составляющую. Ты же не будешь скипидар ложками есть?

Ну да.

Главный вопрос, Домнин: при чём тут корпорации?

Корпорации при том, что «Гербалайф» впаривал всю эту дрянь из растений, которые заведомо как бы неполезные, имеют побочные эффекты, в основном бьющие по печени. То есть гепатотоксичные. Поэтому все нулевые, десятые «Гербалайф» судился во всех мыслимых странах о том, что у них эти снадобья вызывают отравление печени, могут провоцировать образование гепатита. В самом прямом смысле.

Например, в Испании в 2009 году местный комитет по безопасности всяких там веществ постановил, что есть совершенно конкретная связь между расстройствами печени и БАДами, которые впаривает «Гербалайф».

Безобразие.

Да. Соответственно, вот такие вот дела. Это уже не говоря о том, что по всем этим странам «Гербалайф» также во всякие неприятности попадал, в том числе и в судах. Например, в 2011 году коммерческий суд в Брюсселе постановил, что «Гербалайф» является незаконной пирамидальной схемой.

Ага.

Сеть распространителей сама по себе, вся эта завиральная тема с тем, что сначала это независимый предприниматель, потом директор, потом исполнительный директор, потом вице-директор, потом какой-то там дважды бриллиантовый и золотой директор. Вот это всё. Помнишь?

Вице-король торговой федерации.

Всё это, может быть, с точки зрения закона о коммерции, финтифлюшки. Но вот с точки зрения человеческой психологии мы бы рекомендовали от этого воздерживаться. Потому что всё это является, грубо говоря, враньём и заморачиванием вам головы вокруг того, что перепродажа мусора по принципу ещё большего дурака сделает вас вице-исполнительным президентом мегакорпорации. На самом деле вы в лучшем случае будете терять много денег на ерунду. Если вы хотите заниматься бизнесом, есть ещё много способов, как это сделать без вице-бриллиантовых президентов всяких. Это раз. А во-вторых, на всех этих сборищах вас будут психологически накручивать, и есть неиллюзорные шансы, что вы закончите в дурке в итоге. Со всеми своими регалиями вице-бриллиантовых директоров.

Интересный случай был, опять же, в нулевые-десятые в Америке с корпорацией Theranos. Мы её как-то раз упоминали, но это было вскользь. А тут надо сказать, что это самое Theranos Inc., основанная в 2003 году 19-летней Элизабет Холмс, немедленно взлетела, став единорогом таким. 700 миллионов долларов получила от венчурных инвесторов и всех таких. И в 2013–2014 на своём пике оценивалась в 9 миллиардов капитализации.

Те, кто, в общем, поумнее, знают, что все эти капитализации Apple и прочее — дело такое. Если, не знаю, мы в подъезде кругом должны друг другу бутылку водки, то у нас уже получается капитализация — целые ящики водки. Но на самом-то деле ничего у нас нет, кроме алкоголизма.

Эту Элизабет Холмс пиарили как нового Джобса. Джобса в юбке. Вы поняли это время, да, там нулевые-десятые. Срочно понадобились сильные женщины везде. И она стала носить чёрные водолазки, как Джобс. Все же знают, что именно в водолазке весь секрет успеха.

Сила, да, креативная у Джобса была.

Да, не то что он как бы программист, бизнесмен и дизайнер — это всё ерунда, главное же это всякие шмотки надевать.

Да.

Пила сельдереевые фреши. Кроме шуток, нам в России это непонятно. В Америке, в конкретной части этой Америки, это считается за какую-то тоже мегадоблесть. У них вечно какая-то дурь начинается.

Так вот, доказывала она, что вот ей в детстве не нравилось, как берут анализ крови. Потому что то палец тыкают — это ещё ладно, то в вену втыкают и набирают целых две-три этих самых капсулы.

Изверги.

Изверги, да. Я вам так скажу: я не то чтобы почётный донор, но я сдавал кровь, скажем так, ненулевое количество раз. Поэтому смотрю на них, как на том меме, где аристократы такие из балкона глядят. Когда у вас пол-литра крови в мешок выльют из руки — вот это да. А все эти анализы мне с той поры просто нипочём.

Так вот, и она будто бы гениально изобрела… Опять же, это какая эпоха-то тоже — гениально изобретать. Айфоны всякие, хотя гениального изобретения в айфонах — это скруглённые углы, и, в общем-то, и больше ничего. И вот она гениально изобрела мегаустройство, чтобы проводить на одной микросхемке исследование крови по всем мыслимым показателям.

Тут я вам должен объяснить, почему это микросхемка. Те, кто с диабетом, меня поймут. Вот у нас диабетики есть. Они должны периодически брать анализ крови у себя. Чтобы не заводить дома лабораторию для этого, существуют специальные микросхемки с виду, которые вставляются в специальную размером со смартфон машинку. На них капельку крови проливают, и машинка показывает циферку. То есть если 5,5 — это нормальный уровень сахара, если там 10 — повышенный, если 3 — то пониженный. Надо сразу что-то съесть, вы поняли.

Грубо говоря, Элизабет Холмс и её подельник Санни Балвани… Пакистанец. Он Рамеш вообще, не Санни. С такой фамилией Балвани я бы, знаете, не стал сотрудничать с ним.

Да, я бы денег не дал точно.

Да. Доказывали, что они изобрели такое же, только для всего. И им удавалось десять лет дурачить народ, что действительно они могут революционизировать анализ крови и только по капельке понять чуть ли не всё, что с вами не так. Но через некоторое время стали накапливаться данные о том, что данные их анализов, мягко говоря, взяты с потолка. То есть выяснилось, что мало того, что никакой технологии изначально не было в принципе, что они для серьёзных случаев, когда человек мог помереть, грубо говоря, и испортить общую обедню, просто нанимали нормальные лаборатории и всяким мытьём-катаньем добывали достаточное количество крови из пациента: потеряли там, забыли и так далее. А в остальных случаях, когда речь шла про всякие не угрожающие жизни состояния, они просто с потолка каким-то методом тыка делали псевдоанализ и рассказывали пациенту.

Доходило, например, до того, что они специально наняли компанию, чтобы стирать в Википедии всякие про них нехорошие…

Гадости.

Гадости, да. То есть врали просто людям.

Просто, да.

Просто было враньё на пустом месте. И враньё ещё очень серьёзной сферы. Анализ крови — это вам не шуточки. Так что в итоге всё это обрушилось. Элизабет Холмс плакала и рыдала, доказывала, что это её абьюзивный бойфренд вообще виноват. Вы поняли, да? В итоге прихлопнули эту контору и влепили кучу штрафов и компенсаций.

А бойфренда-абьюзера-то хоть посадили?

Я не помню. В 16-м году Forbes докладывал, что до того Холмс оценили в 4,5 миллиарда, а потом — в ноль. Что, в общем-то, намекает на некоторые вещи.

С этим можно ещё вспомнить некоторые другие характерные, пусть и не такие вредоносные корпоративные кампании, например, связанные с соком. Пищевыми, я имею в виду. То есть от фруктов, я имею в виду.

Не какими-нибудь желудочными.

То есть весь XX век нам трубили, что вот пить соки — это суперполезно, и это здоровье. И даже уже в XXI веке, помните все эти мемы, где продавцы соковыжималок, которые как раз на разбогатевший русский рынок вышли… Я-то работал как раз в потребительском кредитовании, поэтому я помню хорошо, кто что брал.

Продавал соковыжималки в кредитах?

Продавал не я, я просто кредит выписывал. Факт тот, что, с одной стороны, все эти разговоры про то, что если я съел апельсин, то я съел апельсин, а если я выжал из апельсина сок и выпил, то я тут же получил мощный заряд витаминов и минералов, и чёрт знает чего ещё, и чуть ли не омолодился на год сразу…

Да, антиоксиданты наверняка там участвовали.

Антиоксиданты, да. Потому что соки-то — ещё яблоки, апельсины или помидоры — во всём этом действительно антиоксиданты есть. Проблема в чём? В том, что там также есть большое количество сахара.

Да.

Да, мы бы сказали, очень большое количество сахара. Ну то есть да, если вы апельсин один съели, как-то пока его жевали, вроде уже и не хочется дальше жевать второй. Кроме того, вы получили ещё и кучу клетчатки из этого апельсина.

Да, самое главное. Потому что вы сжевали вот эти вот все перепонки, которые между сладким и мягким, они вам очень полезны. Потому что в западных странах, в Британии, тратятся огромные деньги на то, чтобы покупать средства от запора. Вы в России много слышали рекламы средств от запора?

Нет.

А потому что у нас кулинария другая. Мы клетчатки много едим, а британцы со своими этими bacon and eggs как раз не получают.

Ты, Домнин, сейчас дезинформируешь, конечно, наших слушателей. Потому что в России клетчатки тоже едят недостаточно. Норма клетчатки в сутки — это 25–30 грамм. Если вы прям интересуетесь, можете примерно прикинуть, сколько вы клетчатки съедаете. Посмотреть на то, что вы едите, посмотреть, что там в составе, сколько там клетчатки. Обычно клетчатка теперь указывается вместе с жирами, белками и углеводами. И норма, я повторю, 25–30 грамм в сутки этой самой клетчатки. В России, я тут недавно смотрел видео, где специалист про это рассказывал, примерно потребляют половину этой суммы. Так что, скорее всего, с высокой долей вероятности вы тоже клетчатки недоедаете. Если вы только не питаетесь какими-нибудь там бобами, салатами и ничего другого не едите.

На самом деле, если по-хорошему питаться, чтобы и белка хватало, и клетчатки, и жиров, там ещё надо подумать, что есть. Но я бобов ем много, поэтому, наверное, получаю гораздо больше.

Ну да, да, да. Так что да, это не уникально для западных стран. Интересно, конечно, что в Великобритании такие проблемы, но в принципе понятно, потому что они ничего не выращивают.

Да, у них там всё-таки страна-то небольшая. Я думаю, что это такая традиция завтрака. Потому что у них на завтрак ничего отличного особенно.

Да. Значит, это всё ещё шуточки. Давайте завершим чем-нибудь совсем прям.

Так.

В 1984 году полмиллиона человек в Индии, в штате Мадхья-Прадеш, в городе Бхопале, получили серьёзное отравление изоцианатом метила. Считается, что это крупнейшая промышленная катастрофа в мире. Предполагается, что поражено в целом 558 тысяч человек, из которых 4000 стали безнадёжными инвалидами. Ещё 40 тысяч получили разные другие, пусть и излечимые, но всё равно очень неприятные расстройства, в том числе слепоту. Ну и плюс куча смертей, которая потом была связана с этим. Сейчас тут трудно подсчитать до сих пор, сколько всего померло. Ещё не все умерли, на кого повлияла эта катастрофа.

Связано это было с тем, что Union Carbide Corporation из Техаса, Соединённые Штаты, там держала фабрику. И пришлось этой корпорации заплатить полмиллиарда долларов тогдашних для того, чтобы отбояриться от всего этого. Связано это с тем, что завод был, как выяснилось, построен кое-как, что на нём ещё в 70-е отмечали всякие утечки, поломки и прочее, опасное для работников, что вызывало в том числе смертельные случаи и публикации в местной газете, где предрекалось, что город находится на краю вулкана.

Отмечалось неоднократно, что рабочие, которые по стандарту своему инструкции не должны были носить защитное снаряжение, попадали всё равно под воздействие, например, такого вещества, как фосген.

О-о-о!

Да, да. Были случаи, когда люди сталкивались с жидкими веществами, которые просто облили, и им причинялись тяжёлые химические ожоги. Всё это можно было бы принять к сведению и предотвратить дальнейшую катастрофу. Проблема в том, что опасные вещества хранились в баках, которые были для этого совершенно неадекватны. То есть, например, по правилам безопасности ни один бак не должен был быть заполнен больше чем наполовину. И в них, кроме того, должно было поддерживаться давление азота как инертного газа, чтобы, так сказать, можно было оттуда, как из сифона, откачать это всё без проблем под собственным, так сказать, действием.

Ага.

Ну а всё это пришло в полнейший упадок. Клапаны дырявые, провода дырявые, всякое оборудование, которое было предназначено для периодической прочистки труб, например, раскалённым паром, тоже пришло в негодность и прекратило использоваться. И всё это привело к тому, что в резервуар, который и так был переполнен по стандарту в полтора раза где-то, попала вода, что привело к неконтролируемой экзотермической реакции.

Ага.

Да. То есть приводящей к выделению тепла.

Да.

И всё это, соответственно, привело к взрыву и выбросу. И оказалось, что всякие устройства, которые на такой случай должны были давление сбавлять, откачивать и так далее… Например, сжигать ядовитый газ, если вдруг с ним что-то не то, его надо поджечь. Оказалось, что что-то давно уже сломалось и не чинилось, что-то было отключено для починки, да так про это и забыли, что-то было неправильно настроено. Оказалось, что ничего не работает.

Класс.

И за следующий час 30 тонн ядовитого газа вылетело в атмосферу, и за следующие два часа вылетело ещё 40 тонн. Ну и все вокруг начали кашлять, чихать, глаза тереть, чувствовать отёк лёгких, падение зрения. И в общем, жуткое словосочетание Bhopal orphan означает «слепой из-за аварии ребёнок».

Да. Вот такое вот приключилось.

Если вы думаете, что только в Индии где-то такое может быть, то в Америке был свой интересный случай, так называемый Love Canal. В Нью-Йорке, между прочим. Я имею в виду штат Нью-Йорк. Это район в городе Ниагара-Фолс, рядом, соответственно, с водопадом. Дело в том, что там где-то в середине XX века работало химическое предприятие, которое в этот самый Канал Любви, Love Canal… Он был просто предназначен для того, чтобы там построить престижный жилой район, а там что-то, в общем, то депрессия, то ещё какая-то ерунда. В общем, во время войны выкупила эту землю Hooker Chemical Company.

Так.

Которые, соответственно, стали заниматься производством разных химикатов, красок, всяких духов и отдушек, растворителей для, допустим, эпоксидки какой-нибудь условной. И здорово насбрасывали всякого в грунтовые воды. Так что, когда потом там, собственно, заселились люди, они обнаружили, что через грунтовые воды в их подвалы просачиваются химикаты, чёрные такие, и испарения, идущие оттуда, вызывают у них всякие проблемы со здоровьем.

И следующие 30 с лишним лет шла возня. Корпорации отбояривались от всех обвинений, подкупая политиков, которые ездили туда и там чуть ли не вынюхивали всё и не лгали, что ничего там нет такого. Проблемы, например, с большим количеством выкидышей или детей с уродствами, которые рождались с кривым носом, — всё это тоже списывалось на то, что мало ли, меньше надо было с двоюродными сёстрами в брак вступать, what do you know, maybe. Повышенный рак, всякие проблемы — всё это как бы замалчивалось, затаптывалось куда-то там под ковёр. И только 70-е годы, когда все, опять же, угорели по этой самой экологии, привели к тому, что хоть какие-то начались подвижки в сторону того, что, может быть, действительно то, что чёрная какая-то жижа проступает через почву и постоянно родятся дети с десятком всяких врождённых дефектов, — может быть, это действительно как бы что-то ненормальное.

В итоге в 78-м был объявлен режим чрезвычайного положения. Оказалось, что не выполняются абсолютно никакие нормы, какие установлены для опасных веществ. Вокруг постоянно стояли митинги и требовали что-то сделать. В итоге только к XXI веку, по сути, что-то было сделано. То есть людям выдали всякие компенсации, провели рекультивацию, всех, кто там обитал, эвакуировали. Разумеется, корпорация с этим яростно боролась, потому что понимала, на кого повесят всю эвакуацию, и доказывала, что они там все просто паникёры, которые сами ничего не знают.

Да, сами виноваты.

В итоге канал этот рекультивировали, засыпали его. Всё это огородили и объявили, что тут, типа, запретная зона. И с той поры где-то там местами кто-то заселяется. И то все жалуются то на сыпь, то на выкидыши, то ещё на что-то. В общем, вот такие вот дела в штате Нью-Йорк творились десятилетиями, и ничего с этим поделать, по сути, не получилось.

И для завершения поговорим, так сказать, как любят американцы, peanuts. То есть буквально арахис, а сленгово означает мелочишко. Потому что дети, когда играют в азартные игры, они играют на орешки. Но это не самое.

Жила-была такая компания, как Peanut Corporation of America, в 77 году основанная Хью Парнеллом и тремя сыновьями. Дальше там были всякие пертурбации, потому что она оставалась во владении семейства Парнелл вплоть до нулевых годов. И на пике своей истории, как считается, она перерабатывала 2,5% всего арахиса в США.

Тут нам надо сказать, что для нас арахис — это ерунда, орешки мы покупаем к пиву. А для США что такое арахис? Они из него делают масло арахисовое. Практически всё. Арахисовое масло, из которого делают знаменитые peanut butter and jelly. Jelly отдельно надо покупать, да?

Да, да, да. С вареньем типа.

И всякое там арахисовое масло, которое жидкое, для жарки — у меня, кстати, есть. Просто потому, что его в китайской кухне тоже используют. И всякие арахисовые намазки, вот эти вот, нечто вроде Nutella и тому подобного пошиба. Из-за чего в США очень важным вопросом является, нет ли у вас аллергии на арахис.

Да, да.

И у многих она есть, что характерно.

Да. Из-за как раз употребления. Потому что у нас, наверное, тоже есть, просто у нас мало кто употребляет, и поэтому никто и не знает, что у него такое есть. У Cyanide and Happiness был комик, где приговорённому к электрическому стулу зэку надзиратели приносят последний его обед, как он просил, — сэндвич с арахисовым маслом. И говорится: ты чудовище, то, что ты сделал с семьёй, было чудовищно, и я буду с наслаждением думать об этом, когда дёрну рубильник. А зэк говорит: я так не думаю. Почему? Аллергия на арахис. И такой… И надзиратель такой: нет.

Так вот, оказалось, что у нас, видите, есть гораздо худшие проблемы, связанные с арахисом. Потому что в 2008–2009 годах 9 человек умерло и как минимум 700 человек заболело с разной тяжестью из-за потребления продуктов с арахисом от этих самых Peanut Corporation в Америке. Считается, что на самом деле цифры ещё выше. Просто потому, что причиной смерти было, знаешь что?

Что же?

Сальмонеллёз. Для тех, кто не в теме, сальмонелла — это микроорганизм, обитающий во всякой пище, несвежей и не поддерживаемой в чистоте, который может вызвать тяжёлые последствия для вас, в том числе и смерть.

Так вот, как же так вышло-то, что оказалось, что заражённые орехи поступили? У них была куча проблем, на самом деле. То есть, например, ещё раньше поступали сообщения о том, что их арахис заражён специфическим грибковым токсином — афлатоксином. От плесени образуется. И уже тогда были судебные разбирательства и возвраты.

Nestlé в 2006 прислали к ним аудитора. Вот я езжу аудитором по резиноутилизирующим предприятиям. Так же и все ездят туда, откуда они покупают. Так все делают. McDonald’s, например. Я знаю, например, одного мясника, у которого мясной цех. К нему McDonald’s, а теперь «Вкусно — и точка», ездят, проверяют, что у него там, чтобы у него покупать.

Так вот, аудит завершился полнейшим провалом. То есть там всё было ужасно, и практически по всем показателям всё было не соответствующим стандартам. В 2006-м же оттуда убежал замдиректора Кендрик, потому что он, как потом говорил, предчувствовал, чем всё дело кончится, и не хотел сидеть в тюрьме главным виновным.

И в итоге всё это закончилось тем, что в 2009-м произошёл крупнейший отзыв пищевых продуктов обратно в истории США. И всё из-за этих самых Peanut Corporation of America. Оказалось, что там всё было ужасно на фабрике, что на полу были лужи из-за того, что во время дождя затекала вода просто со двора, что там была жуткая грязь, что там всё время то мыши бегают в орехах, то где вот жарится арахис, крыса вместе с ними тоже, дура, залезла и изжарилась, то ещё чего-то, то работники заболели. Там негде было ставить клейма, и каким-то образом эта фабрика работала 40 лет.

Класс.

В итоге, когда началось разбирательство после того, как умерли поевшие таких орехов, Парнелла, владельца, и его брата-совладельца присадили: одного на 28, а другого на 20 лет. И это им ещё повезло, потому что вообще-то прокуратура требовала пожизненного.

Класс.

Да. И почему так строго, как ты думаешь?

Почему?

Потому что суд постановил, что они заведомо представляли, какая у них грязь на предприятии. Это значит, что заведомо рассылали по всей стране потенциально опасную смертельную еду. То есть, по сути, они торговали ядом. И всё это было не потому, что кто-то что-то не знал, а именно из-за жадности. И это же был не какой-то там форс-мажор. Что, так трудно было крыс выгнать из цеха? Или хотя бы лужи с пола убрать? Или плесень не разводить? Просто жадность. Не хотели потратить лишнюю копеечку. И поэтому убили фактически людей.

Безобразие.

Да, к ним отнеслись как к тем, кто причинил смерть по неосторожности, при этом в большом количестве. То есть как если ты, не знаю, на грузовике пьяный в толпу людей едешь. Примерно так. Так что им ещё повезло, легко отделались.

Вот такие вот, видите, бывают из-за жадности и алчности всяких там директоров и владельцев корпораций вещи. Не делайте такого. И имейте в виду, что всякие покупаемые вами продукты могут быть такими.

Тут надо сказать, что число жертв могло быть гораздо больше, если бы не знаешь что. Эта самая Peanut Corporation считалась производителем самых дешёвых арахисовых продуктов для низового сегмента рынка. Если бы они производили что-то для, так сказать, более серьёзной репутации, тогда бы там, наверное, счёт шёл на тысячи, а может, на десять с лишним тысяч. Просто у них покупали именно польстившись на дешевизну. И поэтому самые премиальные, которые у них там берут, у них не брали. А те, кто польстился на дешевизну, слишком поздно поняли, чем эта дешевизна была вызвана.

В общем, не делайте так, потому that bad shit happens to greedy bastards.

И на этой нравоучительной ноте будем заканчивать.